Девочка Давида

Небольшой поселок вдали от города внушал доверие: здесь росли высокие деревья, стояли однотипные дома и, вроде как, было безопасно.

Если не знать, что много лет назад отсюда вывозили трупы целой семьи.

— Иди за вещами. У тебя пять минут.

— Ты не пойдешь со мной?

Я отвернулся и стиснул руки в кулаки.

Надо бы отстегнуть ее от наручников и сходить вместе с ней — убежит ведь не глядя.

Но мне и одного взгляда на этот дом хватило, чтобы понять: и шага туда не ступлю.

— Здесь произошло убийство лет семь или десять назад.

— Семь или десять? — уточнила Жасмин.

— Не помню уже… — скривился, боясь воспоминаний, — ты знаешь его историю?

— Да. Риелтор предупредил меня перед продажей. Зато продали подешевле.

Жасмин пожала плечами, мол, ей все равно и спросила:

— А ты откуда знаешь?

— Я и творил его историю, Жасмин. Это был мой заказ.

Я закрыл глаза, потянулся к рубашке и наощупь нашел верхние пуговицы. Расстегнул, отодвинул ворот, вздохнул поглубже… все полегче.

— Ты должен был убить?

— Да.

— И что, получилось?

— В ту ночь вывезли три трупа. Хорошо сработал, ничего не скажешь, — я скривился и открыл глаза.

Жасмин смотрела сквозь меня. Задумалась, наверное, о своей судьбе и о том, с каким ублюдком ей придется делить постель в Москве.

— Ты их убил? Эти три трупа… твоих рук дело?

Голос Жасмин был таким нежным, будто для нее это был вопрос жизни и смерти.

Только для меня это не больше, чем очередной пройденный этап, а о таком вспоминать — всегда паршиво.

— А ты думала, что принца встретила? — я стиснул челюсти.

Жасмин побледнела.

— Знала, к кому в постель прыгаешь. Или я ошибаюсь, моя девочка?

Глава 7

— Не ошибаешься.

Я разочарованно вздохнул, когда ее взгляд стал стеклянным.

Жасмин молчит. Таит в себе обиды за наручники, за грубость… за что-то еще.

Но молчит.

— Тогда иди за вещами, Жасмин, — велел я.

Она кивнула.

И глаза ее ожили, только внутри что-то потухло. Жасмин смирилась со своей участью. Это хорошо.

Потому что сам я не знал, что с ней делать.

Отпустить.

Любить.

Или уничтожить от греха подальше, чтобы спать спокойно и не ждать удара в спину.

Я освободил тонкие руки от металла. Жасмин болезненно поморщилась, растирая запястья… Приятного мало, сам знаю.

— Имей в виду, Жасмин: если ты не выйдешь через пять минут, я этот дом в щепки разнесу.

Жасмин ушла, и я закурил.

Она не переносила запах никотина, но все терпела. Теперь было ясно, для кого она терпела.

Когда мы вернемся в Москву, придется держать ее на коротком поводке. Если Жасмин встречалась с этим ублюдком, значит, он подобрался ко мне слишком близко.

— Не сходится. Ни хрена не сходится.

Я достал вторую сигарету. Затянулся. Стал думать дальше.