Девочка Да Винчи

- Соня… ты… кому ты рассказала про нас с «Вээм»?

Слышу вопрос и цепенею…

Я в ступоре. Не могу осознать до конца… Он серьёзно?

- Сонь, я не обвиняю…

- Именно обвиняешь… - жгучая боль давит прямо в грудь, сжимает, и нечем дышать. По телу разряды, трясёт, сразу как-то очень холодно становится.

- Сонь! Я просто спрашиваю!

- А я просто отвечаю. Извини…

Откатываюсь назад, за дверь, на мгновение прижимаюсь, сдерживаю дыхание, сжимаю зубы, потому что, если распущу себя – разревусь. А я не хочу… не хочу и не могу реветь. Подрываюсь, лечу к шкафу, мельком смотрю на сестрицу – она увлеченно следит за приключениями Рапунцель.

Так, небольшой тайник у меня в старой джинсовке, во внутреннем кармане. Не густо, конечно, но…

Достаю пять тысяч, потом, подумав, еще пять. Продукты из «Азбуки» стоят дорого, но я надеюсь, что этого хватит. Конечно, потом можно зайти на сайт магазина и всё посчитать, может я так и сделаю.

Ледяной пот прошибает, потому что это неприкосновенный запас. На черный день. Видимо они для меня наступили, черные дни…

- Никуда, я тут, я с… с Даней поговорю и вернусь, и будем заниматься с тобой, а то совсем забросили мы прописи.

- Хорошо. Только я мультик досмотрю?

Выхожу. Данила стоит, прислонившись к стене, смотрит исподлобья.

- Вот. – протягиваю купюры, на которые он смотрит как на что-то омерзительное. - Этого хватит? Если нет, скажи, я добавлю.

- Ты… - вижу, как у него начинают сжиматься челюсти, желваки ходят… - Дура, да?

- Да, - отвечаю не задумываясь. Он ведь это хочет услышать? Пусть! Пусть я дура. – Спасибо тебе большое за помощь. Больше не побеспокою.

- Возьми! – пытаюсь всунуть деньги ему в руки, но он отпихивает мои ладони.

- Прекрати! Ты… - чувствую, как он проглатывает какое-то ругательство, слишком благородный, типа, - Не думал, что ты такая!

- Извините, не оправдала надежд! Бери!

Стою, открыв рот, чувствую, как слезы начинают душить. Да как он… как он может?

Да Винчи пытается уйти, но только вот я стою у него на пути, и обойти меня он не может. Только отодвинуть. А я… я не хочу его пропускать пока он не возьмёт деньги.

- Не дам, пока не заберешь это!

Он берет меня за плечи, но не отодвигает, а вжимает в стену, смотрит гневно, глазами сверкает.

- Ты… Ты понимаешь, что её могут… выгнать? Просто вышвырнуть из профессии вообще?

- А ты понимаешь, что я не могла никому ничего рассказать?

- А почему же Аделина при всех заявила, что это ты?

- Что? – сердце камнем летит в район пяток, обжигающе ледяные стрелы по венам, голова кружится… - Я… я…

Он смотрит, внимательно, а я неожиданно думаю о том, какое скульптурное у него лицо. Эти высоченные скулы, проваленные щеки, прямой крупноватый нос, губы, полные, очень четко очерченные, и глаза… глаза цвета жженого сахара или темного янтаря.