Девочка Да Винчи-2. Любовь (СИ)

- Сонечка, мне кажется, ты совершаешь большую ошибку. Мы же всё-таки семья.

- Мы семья? Мы? Никакая вы мне не семья! Вы нас из квартиры выгнали, вы… у сирот отобрали родной дом! Вы…

- Не кипятись. «Изи»*… спокойнее, детка. – он начинает разговаривать как какой-то гопник, впрочем, почему как? Он и есть… самый настоящий гопник! Который пытается делать вид, что он нормальный.

- Отстаньте от меня.

- Малышка, как же я отстану? Я твой дядя, я несу ответственность. Я и в органы опеки уже написал заявление. Объяснил, что ты…

- Что вы сделали? – у меня в горле пересыхает, голос сипнет.

- Заявление написал, - Сергей Сергеевич пытается улыбаться вальяжно, но выходит криво, - объяснил, почему считаю тебя плохим опекуном для Арины. Ты живешь неизвестно где, ребёнка таскаешь с собой по разным местам, зарабатываешь на детском труде.

- Вы охренели? – кажется я готова разбить детское шампанское о его голову.

- Выражаешься непечатно. Я попросил пересмотреть дело о твоем опекунстве. Ну, куда тебе в опекуны, ты еще сама дитё!

- Я тебя убью! Только сунься к Арине, слышишь? Только Попробуй! Урод моральный! Я…

Я в ярости, не могу себя контролировать. Бросаюсь на него, пытаясь добраться до лица, расцарапать, воплю.

На мои крики, конечно, прибегает охрана. Нас разнимают. Он отряхивает пальто, говорит, что я бешеная, сумасшедшая, бросилась на него.

Я обзываюсь, не могу себя контролировать. Сергей Сергеевич уходит, важно задрав голову. Я дышу тяжело.

Вот тебе и канун нового года!

Еле стою. В носу щиплет. Неужели он и правда написал в опеку? И чем это мне грозит? Та дама, которая мне помогала, Надежда, обещала приехать и куда-то пропала. Говорила, что после Нового года будет какая-то комиссия.

Меня только пугали все эти телодвижения. Я готова была продать свою долю в квартире, купить хоть комнату, или дешевую студию-апартаменты чтобы был хоть какой-то угол. Но это было несправедливо! Квартира принадлежала моей семье! А этот…Если бы мне кто-то мог помочь! Я в последнее время вообще была уверена, что тётя Света не выходила за него! Не могла она в здравом уме и твердой памяти! Конечно, она болела, и, возможно, он сумел как-то её обмануть. Найти бы сыщика или юриста, который мог бы все доказать! Но, увы…

Быстро закидываю оставшиеся продукты. Спешу к кассе самообслуживания. Народу стало прибывать. Пробиваю все, раскладываю по пакетам. Тащить, конечно, тяжело, но что делать? Хорошо, магазин не так далеко от студии. Можно проехать остановку на автобусе.

Выхожу из отдела и слышу противный писк рамки, охранник сразу подбегает.

- Девушка, покажите чек и пакеты.

Я непроизвольно краснею. Опять это. Даже намек на обвинения в воровстве вызывает у меня болезненную реакцию. Но я иду за ним, потому что точно знаю, что все продукты пробила. Он сверяет все по чеку.