Девочка Аллигатора (СИ)

Подростком тоже был трудным. Часто накатывало одиночество и я злился. Дрался всё время на улицах и в школе. Худой был, маленький ростом и злой. Понятное дело, что в школе обо мне отзывались плохо. И каждый раз мне было стыдно смотреть бабушке в глаза, когда её вызывали в школу или поднимали на родительских собраниях. Ей тогда было уже под семьдесят. В общем, вот так... Ладно... – слышу, как он сглатывает. – Потом... когда я уже стал потихоньку как–то учиться нормально, спортом занялся, её уже так не мучали там. А потом она умерла.

Он тихо и тяжело вздыхает и опускает голову.

– После похорон отец забрал меня обратно к себе. Гришка, мой старший брат тогда уже заканчивал одиннадцатый класс, готовился поступить в университет. Та женщина уже не жила с ними. Жила другая. Мягкая, бледная всё время, худая, вообще как тень. Отец уже пил сильно. Пьяный орал, ломал мебель. Жили бедно. Думаю, он так и не смог полюбить другую женщину. Потом я узнал, что эта женщина – пятая или шестая после смерти матери. С братом она почти не общалась, со мной тоже. Квартиру отец спалил, когда пьяный был. Тогда уже та женщина ушла от него, а он ушёл в запой с горя. Курил в постели и заснул. Хорошо хоть живой остался. Проснулся вовремя, успел выбежать. Мы потом более–менее привели квартиру в порядок, но на потолке в спальне и в коридоре разводы чёрные так и остались. Я сбегал из дома, тусовался в подъездах, пил водку с друзьями из пластиковых стаканчиков, бросил спорт, хотя подавал надежды. Учёбу тоже запустил. В общем, катился по дерьмовой дорожке. Единственное что, читал много. Всякие разные книжки. Жалко, сигары нет сейчас...

– Саш, я...

Он снова поднимает руку.

– Всё нормально.

Подхожу к нему ближе, глажу рукой по мощному, круглому плечу. Он не реагирует. Стоит и молчит.

А я не знаю, куда ком этот деть. Никак не сглотну его. И глаза щиплет.

– А как ты... как ты потом был?

– Ну... – он вздыхает. – Я уже стоял на учёте в полиции. Однажды чуть не получил срок за драку. Мажора одного отлупил на улице, когда он руки распускал, общаясь со своей девушкой. Из–за этой драки я мог угодить в колонию для малолетних. Но отец друга заступился за меня, денег кому надо занёс, и отмазали.

Он снова ненадолго умолкает. Смотрит перед собой.

– Дома я ночевал редко. С отцом мы ругались сильно. Мы сильно конфликтовали. В основном, когда он был пьяный. Как–то раз он отшвырнул меня и я врезался башкой в стекляную дверь. Изрезался весь. Бросился на него. Плакал, орал, размахивал кулаками. Обвинял его во всём, хотя понимал, что он таким стал после смерти матери. Брат тогда уже в общаге жил.

– А вы с ним не общаетесь?

– Нет. Он разбился на мотоцикле. Когда на третьем курсе учился.

Ужас какой–то...

– А потом и отец умер. Пьяный утонул в ванне.

Кошмар... У меня слёзы на глазах.