Девятый конвой

 – Лежать, никаких движений, стонов!

Эх, как же не хватало ему сегодня ребят, чтобы организовать круговую оборону! Но ничего, он, как Фигаро, везде! Наполеон верно сказал, главное – ввязаться в бой, а там посмотрим.

Капитан распластался за порогом. Когда над косогором появились демоны, он не пожалел на них пяти патронов, прижался к земле и бросился к окну, выходящему на восток. Там не было никого."

"Архипов, отбрасывая кирпичи, метнулся к противоположному проему. И очень кстати. С той стороны уже тряслись кусты, из которых выбирался боец с бледным лицом. Вадим одиночным выстрелом поразил автоматчика в грудь, видимо, в бронежилет, но все равно тот уже не боец.

Капитан вовремя пригнулся. Целый выводок рассерженных стальных пчел ворвался в часовню. Со стороны крыльца тоже разгорелась стрельба. Он рухнул на пол посреди часовни и пальнул в проем наугад, чтобы хоть как-то сдержать напор неприятеля.

Архипов по наитию сообразил, что сейчас произойдет. Он откатился к дальней стене, лег рядом с ямой, в которой корчились его спутники, прикрылся рукой. Граната взорвалась, не достав до порога. Несколько осколков влетели в часовню, но скользнули поверху.

Топот, скрип! На пороге вырос кряжистый боец с широко распахнутыми глазами и принялся стрелять перед собой. Он трясся вместе с автоматом и обливался слюнями.

– Подыхай, москаль!

В пол боец не смотрел, а надо было. Вадим плавно надавил на спуск. Пуля попала точно в череп добровольца, отбросила его к стене часовни. Прощай, умник!

Капитан пружинисто подпрыгнул, выпустил остатки магазина в проем, схватил покойника за ноги и заволок в часовню. Подсумок у мертвеца был на месте. В нем два запасных рожка. Порядок. Вадим выбил из автомата использованный, вставил новый. Уже веселее.

Тяжелый бой продолжался. Архипов метался от окна к окну, стрелял очередями, увертывался от пуль. Боевики, взбешенные гибелью товарищей, подползали все ближе, прятались в канавах и за буграми. Бросать гранаты они уже не решались – боялись посечь себя.

Перебежали двое, Вадим не успел их остановить. Раздался шум в восточном окне. Он бросился туда, не глядя, дал очередь, вернулся на порог, сменил магазин.

Капитан уже толком ничего не видел, пот заливал лицо, усталость гнула к земле. Враг был повсюду, подкрадывался, злорадствовал. Но Архипов не собирался задирать лапки. Спецназ сдается только мертвый! Он должен был тянуть время, биться до последнего. Надежда еще не умерла. Точное время: двенадцать часов и столько же минут.

Он приподнялся над разбитым порогом, высматривая мишень. Разум Вадима вмиг помутился, когда пуля пробила его плечо ниже ключицы! Боль была невыносимой. Архипов заскрипел зубами. Достукался, товарищ капитан!

Но он не думал сдаваться.