Тебе повезло, детка!

И вот он плавно подбирается ко мне, чтобы не напугать… Инстинкт самосохранения буквально кричал, требуя сорваться с места и бежать, но разум подсказывал: если побегу, то меня настигнут одним прыжком и повалят, не дав уже подняться. Да и куда бежать? Клетка захлопнулась, и без разрешения из нее мне не выйти.

Как и тогда в офисе, оборотень обошел меня по кругу и подошел со спины. Охотничьи инстинкты у него такие, что ли… Звериные. Для полной картины он опять зарылся носом мне в волосы, спускаясь к шее. Правильно, прыгнуть на спину и впиться зубами в шею, так вроде тигры охотятся?

– Как же ты оглушающе пахнешь…

Наверное, он бы выразился и позабористее, знай лучше язык, настолько эмоционально это прозвучало.

– А если мне натереться чем-то вонючим, парность исчезнет? – Несмотря на страх и бешено колотящееся от его близости сердце, исследовательский интерес во мне был неистребим.

– Разве дело в одном запахе? Он лишь говорит о том, что ты мне подходишь.

– Но вас от него корежит. – Я отступила и развернулась к нему лицом. Лучше видеть его, чем чувствовать дыхание на коже.

– Он заводит меня, – не стал отрицать модифицированный. – Будь ты тигрицей, уже бы текла от моего.

– Жаль, что я человек, – произнесла искренне, потому что его запах вызывал только одно: меня мутило от страха.

Может, пробуждались инстинкты первобытных людей, на которых охотились звери. Не будешь возбуждаться, когда тебя хотят съесть! А он смотрел на меня алчно, словно одолеваемый жаждой крови. Как будто решая, куда в первую очередь вонзить зубы. Или не их… В офисе его нападение на меня было стремительно, и вонзил он в меня вовсе не зубы.

– Это как раз пройдет, стоит тебе забеременеть. Ты начнешь мутировать сама, без матрицы.

Меня передернуло от одной только перспективы. Я не смогла справиться с реакцией тела, и он это заметил.

– До сих пор болит?

– Саднит, – подтвердила я. От воды дискомфорт между ног дал о себе знать.

– Давай посмотрим.

– Что-о-о?! – округлила глаза я, решив, что послышалось. Но он подхватил меня за талию и понес к кровати. – Что вы делаете?!

Но было поздно. Крик потонул, когда он положил меня на край кровати, но хоть не навалился. Я тут же взвилась вновь, ощутив его руки на бедрах, и вцепилась в ткань, пытаясь удержать стаскиваемые с меня штаны.

– Что вы делаете?!

Но он сдернул их, задрав мои ноги вверх, отчего я вновь упала на спину. Не успела и глазом моргнуть, как оказалась ниже пояса голой, а он расположился между моими ногами, присев на полу. Я попыталась отползти, но для этого пришлось упереться ногами в кровать, и не сразу сообразила, что этим еще больше распахиваю себя перед ним.

– Не дергайся! – Он поймал меня за ноги, подтягивая обратно к себе. – Я просто посмотрю.