Детка

А ведь она пыталась сказать, что что-то не так…

Алиса напилась безбожно и полезла целоваться к первому попавшемуся рядом человеку мужского пола. Сколько раз у меня была подобная ситуация? Дохрена!

Только вот я, как ее непосредственный опекун и предполагаемый брат, создан для того, чтобы отшвыривать подобный уебков, которые попытаются воспользоваться положением девочки. А не, черт меня дери, быть им!

Перед глазами то и дело всплывала чета Воронцовых. Чтобы бы они сказали, узнав, что их любимую несовершеннолетнюю дочурку трахнул в клубе собственный ""новый папочка"".

Никогда. Никогда больше я не позволю себе подобной вольности. Алисе нужен взрослый человек, способный побеспокоиться о ее будущем, решить проблемы, посоветовать какие-то мелочи и, быть может, даже обсудить жизненно-важные проблемы. Явно не тот, кто мечтает закинуть ее ножки себе на плечи!

Пожалуй, поездка в Нью-Йорк была ошибкой. Чудовищной и, увы, не поправимой.

Алиса.

Вам когда-нибудь пытались просверлить голову без анестезии? Или долго, мучительно и уперто доводить до исступления методичными ударами туда же молотком?

Проснулась я как раз от подобных чувств. А еще кто-то постоянно орал на заднем фоне, заставляя непроизвольно морщиться в постели. До жути не хотелось открыть глаза, да они и не слушались, отказываясь быть прямым свидетелем вакханалии вокруг:

— …Грант, а ты тот еще придурок! Даже не ожидала… — звонкий голосок Юли каждый раз отдавал шумом в виски. По ощущениям, девушка сидела у изголовья постели и даже держала меня за руку. Кажется, даже на лбу была какая-то тряпка… Что же, соглашусь, слабое охлаждение шло на пользу и немного успокаивало головную боль. — Потащил несовершеннолетнюю девчонку в клуб полуголую, да еще и потом принес в дом без сознания…

— Она. Просто. Спала! — обманчиво спокойно апеллировал недалеко стоявший Марк. Судя по его раздраженному голосу, я сейчас запросто могла бы стать свидетельницей еще и убийства. — Закрой рот.

— Что значит ""закрой рот"", дорогой?! — неподдельно возмутилась его девушка и, сделав голос более напористым, закричала: — Ты напоил маленькую девочку до потери сознания!! Ты вообще знаешь, что за это можно посадить?! Я вот знаю, дружок. Папа рассказывал."

"— Она сама… То есть, как я мог знать, что ее так развезет?.. Черт! — впервые услышав, как мой грозный брат Марк Грант мямлит, не удержалась и едва заметно усмехнулась. Я знала, он оправдывается не перед Юлей, а самим собой.

Что же, по крайней мере узнаю, как провела вчерашний вечер! Моя голова отчаянно отказывалась рассказывать хозяйке подробности ""вечеринки"".

— Любимый, мы просто не можем оставить ее в таком состоянии! — спустя долгое молчание Юля-таки встала с постели и направилась в тот угол, где судя по всему, стоял Грант.