Дети ворона

Навстречу ей откуда-то из темноты уже топотала подмога.

— Бежим отсюда! — крикнул Шурка.

Но Бобка от испуга с места не мог двинуться.

Шурка подхватил братишку на руки и побежал.

Он летел со всех ног. Бобка уже понял, что это никакой не сон, и затих. Было так темно, что Шурке казалось, он бежит на месте. Звук шагов отскакивал эхом. Глаза злобно смотрели со стен. Бобка делался всё тяжелее и тяжелее. Руки немели. «Я больше не могу», — с ужасом почувствовал Шурка.

Вслед им катилась, топоча и крича, погоня.

Вдруг разом зажглись все лампы, забранные металлической сеткой. Коридор залило светом.

— Вон они! — закричал кто-то. — Держи!

Шурка на миг ослеп, остановился, зажмурился, открыл глаза. Всё, конец, понял он.

— Дурак! Эй ты! Да, ты! Дурак! — раздался повизгивающий голос. Крыса тянула его за штанину. Она видела позорное поражение Кота. Тоненько хихикнула: — Все крысы знакомы друг с другом. Не знал, что ли? Ты ведь Дурак, правильно?

Неизвестно, что именно рассказала ей про Шурку подруга из другого Серого дома, но эта крыса была уверена, что Дурак — это имя.

У Шурки сил не было протестовать. Он с надеждой смотрел на зверька.

— Ты! Дурак! Сюда, — вильнула крыса хвостом.

В стороне Шурка увидел проем. Вниз уходила лестница. Подвал!

Он ринулся по ступенькам вниз. Руки ныли. Шурка до смерти боялся выпустить Бобку.

Следом крыса осторожно прыгала со ступеньки на ступеньку: они казались ей такими высокими.

Шурка едва не свалился под тяжестью Бобки, ступив наобум. Ступени кончились. Снова коридор. Он расходился рукавами. В нем царила спасительная темнота. Но куда теперь? Вправо? Влево?

Крыса, видно, отстала. Никто не мог ему помочь. Шурка поставил Бобку на пол. Сел на корточки спиной к нему.

— Полезай. Крепко держись.

Бобка послушно забросил одну ногу, потом другую. Обвил руками шею брата.

«А если я не смогу встать с ним?» — испугался Шурка. Держа Бобку под коленками, подался вперед. Распрямил ноги. Бобка сопел ему в ухо. Шурка приказал себе думать, что это не Бобка на спине, а ранец.

Он постоял, вспоминая, в каком направлении там, наверху, ринулась сраженная котом надзирательница. Там, где искала помощи она, их не ждало ничего хорошего. Там были враги. Бежать надо было в противоположную сторону.

Шурка встряхнул, повыше подтянул Бобку. Какой же он тяжелый!

— Терпи. Чуть-чуть осталось, — сказал Шурка то ли брату, то ли себе.

Коридору конца не было. Шурка уже не бежал, а только тяжело переступал. Спина клонилась вперед. Горячие худые руки сжимали его шею.

Шурка упрямо брел вперед. Он знал, что с каждым шагом удаляется от того места, где повязал шарф. От кладовки. От приоткрытого на улицу окна.

Он просто шел с Бобкой на закорках. Вперед. В темноту. В неизвестность.

Что еще он мог сделать?

— Мы к маме идем? — спросил Бобка.