Дети белой богини

- А вы не знаете свою дочь.

- Ах, вы ее знаете!"

"- Разумеется. Потому и хочу на ней женить­ся. И знал, как вы прореагируете.

- И тем не менее решились?

- Да.

- Смелый человек! Вы вот что, выбросьте это из головы. Вы и Вероника! Какая чушь! Я вооб­ще не понимаю ее интереса к мужчинам, кото­рые в отцы ей годятся.

- Обратитесь к Фрейду.

- Спасибо за совет. Только я в нем не нужда­юсь. Вы с ней спали?

Он чуть не покраснел. И потянулся за своим бокалом, чтобы скрыть смущение.

- Вообще-то, это наше дело. Мое личное. Аглая Серафимовна все поняла.

- Вы редкий мужчина. Сначала делаете пред­ложение и только потом... Впрочем, не имеет зна­чения. Нет так нет. Мне проще.

- Мне уйти?

- И на этом история закончится? . - Не думаю.

- Она уедет. Немедленно. За границу, к мое­му отцу. И не от вас я ее хочу спрятать. Какая чушь! — вновь не удержалась Аглая Серафимов­на. — Я могу понять ее страсть к Горанину. Вид­ный мужчина, роковая любовь. Но это что?

- Отчаяние.

- Ах, вот до чего дошло! В отчаянии она гото­ва выйти замуж за первого встречного! А вы? Вы что, ее любите?

- Нет.

- Откровенно!

- То есть... Так было и с моей женой. Я знаю, что могу ее полюбить. Понимаете? Я это знаю. Мне надо было понять только, готова ли она при­нять мою любовь. Но, как выяснилось, готова. Пусть ненадолго. На год, на месяц, на день. Я от­даю себе отчет в том, что разница в возрасте ог­ромна. Но ей надо чем-то спастись. Неужели же непонятно? Это так просто! Девочка мучается. Ей всего двадцать лет...

- Хорошо, что вы об этом помните.

- Я помню. И не собираюсь идти напролом, как Горанин. Но и вы помните - как бы потом не пожалеть.

- В общем-то, я не пожелала бы Веронике луч­шего мужа, - откровенно сказала Аглая Серафи­мовна. - Я имею в виду вас, как человека. Но раз­ница в общественном положении... Разница в воз­расте... И... Нет, это откровенная чушь! Чушь!

- Я, пожалуй, пойду.

Он поднялся. Аглая Серафимовна смотрела немигающим взглядом. -Как? Это все?

-Да.

- А насчет Горанина?

- Герман вам не по зубам. Город достанется ему, и с этим уже ничего не поделаешь. Если толь­ко он сам не устранится.

- Каким образом?

- Ну, это уже мое дело.

- Вы что-то знаете?

. — Только догадываюсь.

Аглая Серафимовна тоже поднялась из-за стола.

Он ожидал худшего. Взрыва эмоций, крика, скандала. Но она была спокойна. Уверена: ниче­го не будет. История продолжения не имеет. Его история.

В дверях гостиной он пропустил женщину вперед.

- Мерси, - с усмешкой сказала Аглая Сера­фимовна. И, глядя ему в глаза: —Надеюсь, вы еще зайдете?

- А вы меня впустите?

Она не выдержала и вновь рассмеялась:

- Что, поверили городским сплетням? Как там меня называют? Наглая Серафимовна? Ха-ха! Пес Цербер с женской головой! Фурия! Нет, гарпия! Разумеется, я вас впущу! Мне надо выяснить под­робности этой истории.

- Какой истории?

-  Саша!

Обернулся на крик.