Дети белой крови

Он оказался рядом быстрее, чем ожидал Катиджан. Острые зубы, похожие на лезвия скальпелей, щелкнули так близко, что колдун успел разглядеть каждый из них. Катиджан подался назад, был лишь один способ защититься от верной смерти: между ним Сераписом снова появились лезвия.

Ящер взвыл от боли и отступил, но для Катиджана это стало большим поражением, чем для него. Ядовитая кровь залила его руку от плеча до запястья, уничтожая одежду и разъедая кожу до кровавых язв. Отвлеченный этим, колдун не сдержался, крикнул – и упустил взвившуюся в воздух саранчу.

И все равно огонь испепелил ее: точно отмеренное облако пламени, уничтожившее насекомых, но не задевшее Катиджана. Он не призывал этот огонь, но знал, кто это сделал: из всех известных ему магов, только один был способен на такой тонкий контроль.

Цезарь подтвердил его догадку, оказавшись рядом с ним. Он подал брату руку, помогая Катиджану подняться.

– Ничего сам не можешь, – хмыкнул Цезарь.

– Совсем ничего, разве что восстание поднять и спасти Сивиллу, – проворчал Катиджан, закрывая уродливый ожог на руке тонкой коркой льда. У него пока не было времени исцелять раны, битва не закончилась.

Но и Серапис не спешил нападать, у него появились новые соперники. Земля под лапами ящера стала жидкой, превращаясь в грязь, в которой он увязал. Сверху на него обрушился огненный вихрь, и Серапис лишь чудом ушел от сокрушительного удара.

– Как же я не люблю войны, – заметил Харитин Инанис, окружая себя и братьев непроходимыми болотами грязи. Теперь ящеру, как бы быстр он ни был, не удалось бы мгновенно подобраться к ним.

– Не мы ее начали, – напомнил Зерафин Инанис, изменяя температуру воздуха так, чтобы саранча больше не могла летать над ними. – Хотя в чем-то я согласен с тобой, во всем этом разрушении есть жуткое дурновкусие: сделали из прекрасного города непонятно что.

Катиджан глазам своим поверить не мог: они были здесь, все трое! Три наследника короны пришли сюда, хотя понимали, что это не мелкая драка и не просто конфликт Великих Кланов с нелюдями. Они готовы были рискнуть жизнью, чтобы помочь ему!

Такого раньше не случалось. Дело было не в том, любили его братья или не любили, в клане Инанис важные вопросы решались не так. Их проводником в кластерных мирах всегда оставался холодный расчет, а он говорил, что неразумно подвергать семью такому риску. Если они погибнут, клан будет обезглавлен! Эмоциональный и взрывной Цезарь еще мог пренебречь угрозой ради участия в битве, которая, возможно, изменит историю.