Избранные детективы и триллеры. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Скажи, перед съемкой ты сама гримировалась или с тобой работал стилист?

– Стилист. Я сама так не умею.

– Да, отличная работа. Только один прокол. Вот эти зеленые стекляшки все портят, выбиваются из общего стиля. Здесь все очень тонко, изысканно, и такая дешевая бижутерия совершенно не к месту.

– Они настоящие, – сухо сообщила Анжела.

– Уа-у! – простонала Вика. – Неужели изумруды? Сколько же карат?

– По два карата в каждой серьге. Оправа из платины. Вокруг бриллианты. Тоже настоящие. У меня еще перстень такой есть. Это комплект.

– Наследство бабушкино?

– Нет. Один нежный мальчик подарил.

– Мы клип снимали. Стилист, который меня обрабатывал перед съемкой, был под кайфом. Вытягивал волосы горячими щипцами, что-то там напутал с температурой и сжег половину волос до корней. Юлия Николаевна, вы не могли бы отвезти меня домой сегодня?

Просьба была неожиданной и странной. Юля хотела тут же отказаться, но заметила несколько клочков от порванной фотографии на одеяле и молча кивнула.

– А что, больше некому? – ехидно спросила Вика.

– Именно сегодня некому, – промычала Анжела, – но очень нужно. Я бы не просила...

– Ладно, не оправдывайся, отвезу, – вздохнула Юля, – начинай потихоньку собираться, я зайду за тобой через час.

Она вышла из палаты, подняла голову и увидела на потолке, в углу, небольшую толстенькую трубку с глазком видеокамеры. Камеры были установлены во всех коридорах, она привыкла к ним, давно перестала замечать, как и все прочие сотрудники клиники, но сейчас стало не по себе. Глазок был позади, и казалось, в спину глядит дуло с красным лазерным прицелом.

– Мальчик подарил, – проворчала Вика, – вот почему мне не попадаются такие нежные мальчики? Это несправедливо. А может, мне побриться налысо, как вы думаете, Юлия Николаевна?

– Прости, Викуша, что?

– Представляете, я сбрею волосы, выйду в свет, вся из себя лысая, загадочная, не такая, как все, и в меня сразу влюбится какой-нибудь мальчик, тоже загадочный и не такой, как все, и подарит мне изумруды по два карата каждый. Или лучше сапфиры. Ужасно люблю сапфиры, особенно светлые.

– Да, – кивнула Юля, – а потом изобьет до полусмерти и изуродует лицо, чтобы ты стала ну совсем уж загадочной и не такой, как все.

Вика остановилась и уставилась на Юлю круглыми, ясными голубыми глазами.

– Вы думаете, это сделал один и тот же человек?

– Ничего я не думаю, – пожала плечами Юля.

– Между прочим, я читала в каком-то журнале, что у нее любовник чеченец, какой-то бандит-террорист, он деньги вкладывал в ее раскрутку.

– Ну мало ли что пишут в журналах, тем более про эстрадную звезду, молодую и скандальную.