Избранные детективы и триллеры. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Саня быстро посветил фонариком в ее сумку, надеясь найти там паспорт, но ничего, кроме пудреницы, смятой пачки сигарет “Магна” и упаковки презервативов, не обнаружил, выключил фонарик, попытался поднять девку, она была тяжелая и вялая. Она тихо, безнадежно выла и как будто перестала что-либо видеть и слышать.

— Ну-ну, успокойся, скажи, как тебя зовут? — Арсеньев опустился с ней рядом, забрал фотографии, заглянул в лицо, но она никак не отреагировала, продолжала выть и покачиваться из стороны в сторону.

— Помощь нужна? — услышал он рядом тихий голос и вздрогнул. Над ними стояла Маша.

— Я проснулась, вас нет. Не волнуйтесь, машину я закрыла, вот ключи. Кто она? Что с ней случилось?

— Она возможный свидетель, — прошептал в ответ Саня. — Я только что показал ей снимки убитой девушки, и она узнала свою подругу.

— Сестра она мне, слышь, мусор, Катька сестренка моя родная, единственная, младшенькая, уу-у, не могу я, не могу жить, не хочу-у! — подала голос несчастная девка. — Чего вам от меня надо, мусорки, ну чего, не видите, горе у меня?

Один был родной человек на всем свете, Катька, стервоза такая!

Судя по внятности речи, по бегающим в полумраке глазам, она уже пришла в себя после первого шока.

— Ты помнишь, как он выглядел, этот культурный мужчинка в “Фольксвагене”? — спросил Арсеньев.

— Лысый в кепке, — девка судорожно всхлипнула.

— Хотя бы молодой, старый? Давай, быстренько, рассказывай все, что помнишь.

— Ничего я не помню, что ты привязался, блин? Темно было, я выпила, — голос ее окреп, она даже сделала попытку подняться на ноги, но Арсеньев схватил ее за плечо.

— А фамилию свою помнишь?

— Зачем тебе? — окрысилась девка. — Будешь привлекать как свидетельницу? Тогда вообще ни хрена не скажу, понял? Мне терять нечего.

— Ну терять, положим, всегда есть чего, — грозно заметил Арсеньев. — Что мне с тобой делать? Придется вызывать группу, везти тебя к нам, авось вспомнишь, хотя бы свою фамилию.

— А будешь наезжать, у меня припадок случится. Я, чтоб ты знал, припадочная, блин, эпилептическая я, понял? — предупредила проститутка и тут же от слов перешла к делу: выпучила глаза, высунула язык и задрожала, задергалась.

Арсеньев растерялся и вопросительно взглянул на Машу.

Она опустилась на корточки рядом с девкой и тихо, ласково сказала:

— Еще должна течь пена изо рта, и обязательно непроизвольное мочеиспускание.

— Это че, обоссаться, что ли? — уточнила девка, затихнув на миг, и тут же опять затряслась.

— Вообще да, — кивнула Маша, — я понимаю, что противно, но без этого нельзя. Смотри, ты не очень старайся, припадок все равно ненатуральный, а вот язык можешь прикусить запросто. Как тебя зовут?

— Ира, — представилась проститутка и прекратила свой спектакль так же внезапно, как начала.

— Замечательно.