Избранные детективы и триллеры. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Управление Глубокого Погружения, которым руководил Всеволод Сергеевич Кумарин, не имело ничего общего ни с государственной структурой, ни о масонской ложей, ни с сектой, ни с мафией. Не было никаких уставов, ритуальных посвящений, торжественных клятв, фанатической веры в нечто высшее или низшее. УГП сумело впитать все разумное из опыта всех существовавших разведок и тайных обществ, а все ненужное откинуть прочь.

УГП ни разу не вмешалось ни в политику, ни в экономику таким образом, чтобы кто-то заметил это вмешательство. Сотрудникам этой странной, почти призрачной организации не надо было доказывать никому, даже самим себе, какие они крутые и сколько всего могут.

Когда разваливался Советский Союз, перекачивалось золото на личные счета, Управление пальцем не пошевелило, чтобы это остановить. Приватизация 1992 года привела к тому, что небольшая группа людей завладела огромной собственностью, еще недавно бывшей государственной. Управление аккуратно фиксировало, кто сколько взял, кого при этом подставил, кого убрал, где хранит и во что вкладывает.

В 1993 году в России развернулась кампания по изготовлению компромата. Как только стало возможно за деньги обнародовать любую мерзость о ком угодно, не заботясь ни о доказательствах, ни о внятности текста, вся российская пресса гуртом, скопом пожелтела, как листья в октябре. Благодаря многочисленным демократическим выборам и предвыборным кампаниям, чиновной чехарде, бешеной конкуренции в бизнесе, компромат стал одним из способов вложения денег и тут же потерял всякий смысл, перестал работать. Само понятие компромата мутировало и превратилось в собственную противоположность — в рекламу. Но деньги все равно продолжали вкладывать, в итоге информационные киллеры стали чем-то вроде дорогих психотерапевтов. Им платили не ради практической пользы, а только за моральное удовлетворение.

Все смешалось, никто не понимал, где правда, где ложь, почему люди, про которых вся страна знает, что они бандиты, воры миллиардного масштаба, заказчики убийств, не слезают с телеэкрана, хотя находятся в розыске и под следствием? Почему их не арестовывают и не судят? И почему другие, вина которых кажется сомнительной, недоказанной, получают большие сроки?

Компромат имелся на каждого, кто хоть что-нибудь значил и что-нибудь делал. Какая-то часть правды иногда просачивалась в прессу. Но отличить правду от лжи могли только специалисты и сами герои разоблачительных материалов.

Компромат начинал работать, когда этого хотели спецслужбы, вернее, коварная змея, пригретая на груди спецслужб, Управление Глубокого Погружения, структура, существование коей не было нигде зафиксировано.