Мастера детектива. Выпуск 8

– Мисс Грей? А я уже почти что решил махнуть на вас рукой. Моя фамилия – Филдинг. Я шел по улице, увидел вашу вывеску и подумал, что это как раз то, что мне нужно.

Он оглядел Корделию острым беспокойным взглядом.

– А вы, знаете ли, не очень-то похожи на частного сыщика, – подытожил он свои наблюдения.

– Я могу быть вам чем-нибудь полезна? – спросила Корделия.

Мужчина потоптался на месте.

– Это по поводу дамы моего сердца, – сказал он. – Мне кажется, она завела себе кого-то на стороне. А в таких делах всякий предпочтет полную ясность. Вы меня понимаете?

– Понимаю, мистер Филдинг, – ответила Корделия, поворачивая ключ в замке. – Проходите, пожалуйста.

Рекс Стаут

«В лучших семействах»

1

В том, что миссис Рэкхем договаривалась о встрече, плотно прижав палец к губам, не было ничего удивительного. Что необычного может быть в этом жесте, если люди попадают в такой переплет, когда им не остается ничего другого, как обратиться за помощью к Ниро Вульфу?"

"Впрочем, в данном случае я несколько преувеличил насчет пальца, поскольку мы беседовали с миссис Барри Рэкхем по телефону. Все дело было в ее голосе, приглушенном и нервозном, к тому же она без конца повторяла, что вопрос у нее совершенно, ну совершенно конфиденциальный — даже после того, как я клятвенно заверил, что мы вовсе не всякий раз спешим известить прессу о том, что уговорились с кем-то о деловом свидании. Заканчивая разговор, она еще раз не поленилась напомнить, что предпочитает переговорить с мистером Вульфом с глазу на глаз, так что, повесив трубку, я решил, что не лишним будет позвонить в банк мистеру Митчеллу, а также в «Газетт» Лону Коэну, чтобы аккуратно навести справки о возможном клиенте. Естественно, главным образом меня интересовало, насколько она платежеспособна. Что ж, сведения оказались утешительными: стоила она добрых четыре миллиона, а то и все пять. Ладно, пусть четыре, и пусть даже Вульф выставит счет лишь на половину этой суммы, все равно этого хватит, чтобы оплачивать мое жалованье (а я являюсь помощником и доверенным секретарем Вульфа, а также по совместительству назойливым кусакой-оводом, который не дает ему бить баклуши) в течение ближайших ста шестидесяти семи лет; добавлю к тому же, что, постоянно проживая в доме Вульфа, я имею еще и стол и крышу над головой. Так что, как ни крути, я буду обеспечен по гроб жизни, если, конечно, она оценит оказанные ей сыскные услуги в два миллиона.

А она вполне могла позволить себе такое, судя по ее виду и поведению на следующее утро, в пятницу, в 11:05, когда раздался звонок и я открыл ей дверь.