Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Насытившаяся Пенелопа достала из кармана тонюсенький журнальчик, и начала изучать напечатанную там поэму своего друга под названием «Косые и прямые удары судьбы после дождя в песке». Она мычала стихи, отхлебывала водку и еле сдерживала зевоту. Вот тебе и «паб-крол» – скучища окаянная. Знала бы она, каким сумасшедшим ураганом закончится этот вечер!

Катя почти ничего не ела, хотя Наташа усиленно ее угощала."

"– Вы всегда такая грустная? – спросила Наташа, заглядывая в глаза своей соседке. Эта девушка показалась ей симпатичной, и в то же время какая-то надломленность, тревога, беззащитность, сквозившие в каждом ее взгляде и жесте, отпугивали Наташу. Было почти физическое ощущение несчастья.

– У нас в семье большое горе, – доверчиво посмотрев на Наташу, сказала Катя. – Вам этого не понять.

Наташа вздрогнула от темного предчувствия.

– Можно узнать, в чем ваше горе?

Катя сказала, глядя прямо перед собой:

– Словно обрушились крыша и стены… Приходят какие-то жуткие люди, выспрашивают, разглядывают каждый предмет, ухмыляются, уходят, не попрощавшись, не назвавшись…

– Что же случилось? – воскликнула Наташа.

– Два месяца назад был зверски убит мой отец.

Наташа, еле сдержав крик, судорожно сжала ручку кресла.

– Мы с мамой остались совсем одни, – продолжала Катя. – У нас никого нет в Нью-Йорке… ведь мы эмигранты, мы русские.

– Нет, – воскликнула Наташа. – Этого не может быть! Таких совпадений не бывает!

– Каких совпадений? – глаза Кати расширились до предела.

– Да ведь я тоже русская, и я тоже два месяца назад лишилась отца. Он… он был убит здесь, в Нью-Йорке.

Девушки несколько мгновений молча смотрели друг на друга. Может быть, в следующий момент они бросились бы друг другу в объятия, но в это время к ним совершенно кинематографической походкой подошел один из подвыпивших «фармацевтов». Он был в розовой рубашке, с розовым платком в нагрудном кармане.

– Ой, какие серьезные! – игриво сказал он. – Потанцуем, девочки?

– Вам не удастся нас запугать, Лот! – визжал дядя Тео, стоя над сидящим в прежней позе Лотом.

– Перестаньте брызгать слюной, – брезгливо поморщился Лот. – И жуйте почаще сен-сен.

Эдвин Мерчэнт, мокрый от пота, стоял, опершись ладонями в стол: склонившись, приблизив безумное лицо, гипнотизировал.

Верзилы в дверях равнодушно жевали свою жвачку.

– Мы недовольны вами, Лот, – проговорил Мерчэнт. Лицо его исказил нервный тик. – Вы ведете странную игру. Не шутите с «Паутиной»!

Он поднял правую руку и длинным пальцем помахал прямо перед носом Лота. На белой скатерти остался мокрый отпечаток, похожий на рентгеновский снимок кисти.

– У вас, по-моему, с железами внутренней секреции не все в порядке, Эд, – участливо сказал Лот и показал на мокрый отпечаток.