Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Советское правительство заявило, что в текущем году советские поставки Кубе вдвое превысят прошлогодний объем…

Лот подошел к телевизору, чтобы выключить его, но вдруг навострил уши.

– Полиция и ФБР продолжают разыскивать Джина Грина в связи с сенсационным убийством трех гангстеров из нью-йоркской Мафии в карьере близ Спрингдэйла. До сих пор лаборатория судебно-медицинской экспертизы не смогла установить причину смерти Лонго и Смайли. Кто убил отца Джина Грина? Кто убил Лефти Лешакова? Русские или Мафия? Кто и как убил Лонго, Лоретти и Смайли? Инспектор О'Лафлин заявил, что надеется задержать Джина Грина в течение двадцати четырех часов. Но жив ли Джин Грин? Может быть, и его труп будет вскоре обнаружен где-нибудь в заброшеном доке или на дне карьера?

Джин и Лот молча дослушали до конца это сообщение, ни в чем существенном не отличавшееся от газетной заметки. Но у Джина появилось то же чувство попавшего в капкан зверя, что с такой силой испытал он сначала под баржей, а потом во время своего единоборства с газом и водой в подвале ЦРУ.

– Иисусе Христе! Я, кажется, сделался всеамериканской знаменитостью, – произнес он глухо. – Представляю, какой фурор вызвал Мститель из Эльдолларадо среди моих друзей, знакомых и соседей, в больнице, в кругу Ширли… Надо позвонить домой, как-то успокоить маму и Натали…

– Это сделаю лучше я, – твердо сказал Лот, выключая телевизор. – Полиция, наверное, уже успела посадить «клопов» в вашем доме. Но прежде надо решить, что мы будем делать."

"Услышав это не подчеркнутое Лотом «мы», Джин благодарно взглянул на друга, встал, закурил, подошел усталой походкой, почти волоча ноги по толстому, глушащему шаги синтетическому ковру, к окну. Дернув за шнур, приподнял выше головы белые пластиковые жалюзи.

За окном в синей тьме позднего августовского вечера ярко горели наполненные парами ртути уличные фонари. Горели, проносясь по широкой авеню, сдвоенные овальные фары разных «кадиллаков» и «олдсмобилей», пылали рубиновые маяки стоп-сигналов. Разноцветные лакированные корпуса машин отражали все огни улицы. На тротуарах почти никого не было. В отличие от разгульного Нью-Йорка чиновный Вашингтон не живет открытой и шумной ночной жизнью, рано засыпает. По тротуару медленно, грузно шагал полисмен, блюститель порядка, страж закона, того самого закона, что наступал Джину на пятки.