Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Из мощного динамика полились задорные, разухабистые звуки твиста в исполнении Чабби Чеккера.

Давай станцуем снова твист,Как танцевали прошлым летом!– Обожаю Чабби, – со вздохом сказала Молли, – хоть он и негр. Ему, говорят, всего двадцать лет, и он поет сейчас почти рядом с нами – в «Пепермент-лаундж». Вот бы послушать, да туда фиг пролезешь!

Джин дотягивал свое двойное виски. В баре вспыхнуло вдруг два или три юпитера. Бармен выключил телевизор. Гарри Купер, онемев, ушел в темный экран, исчез. Из задней комнаты выбежала пухлая молодящаяся блондинка в громадных солнечных очках с оправой в форме крыльев экзотической бабочки, не менее экзотическом «гавайском» пляжном костюме и немыслимо широкой шляпе.

– Леди и джентльмены! – объявил хлыщеватый конферансье. – Бимба Брод из Голливуда. Самый большой бюст от Нью-Йорка до Лос-Анджелеса! Сорок три дюйма! Талия – двадцать два дюйма!..

Стриптиз в такой ранний час? Впрочем, когда же еще смотреть стриптиз этим «гориллам»? Ведь все они, наверное, работают в «кладбищенскую» смену.*[""53]

Семейство человекообразных сразу же оживилось. Черные маслины глаз следовали неотступно за «стрипершей». Залоснились потом смуглые невыбриваемые лица. Джин и тот, вращаясь, описал полкруга на табурете с новым стаканом в руке.

– Тебе нравится эта корова? – ревнивым шепотом спросила Молли, дохнув на клиента запахом сен-сена.

– Видали мы «помидорчиков» и поаппетитнее, – ответил Джин, вспоминая стриптизы лондонского Сохо, парижского Пляс-Пигаля, Копакабаны, и Лангегассэ, и других столиц ночного мира.

«Стриперша» явно уповала не столько на свои перезревшие прелести и искусство танца, сколько на голую психологию. Впрочем, именно это и требовалось ее зрителям. Джин не удостоил бы ее и взгляда, если бы не привычное чудо, совершавшееся где-то в глубине его естества: охлажденное кубиками льда виски приятно скользнуло вниз, и вот словно расцветали внутри «Четыре розы», излучая блаженное тепло, и радость, и благолепие, лаская душу и сердце. Все сказочно менялось перед глазами: громилы-мафиози превращались в добродушных симпатичных парней, бар становился волшебным гротом, а вульгарная «стриперша» – прекрасной наядой, чье тело светилось розовым жемчугом.

Эти первые симптомы эйфории заставили Джина вспомнить о деле и о том, что спешить с выпивкой не следует.

– Слушай, Молли! – сказал он, чувствуя руку «помидорчика» у себя на бедре. – Мне обещали, что я сыграю с Красавчиком. Он еще не пришел?

– Красавчик заканчивает свой ленч, – ответила Молли, не спуская глаз со «стриперши», медленно раздевавшейся под твист, и поглаживая Джину бедро. – Утром играл в пул, а после ленча начнет в покер. А ты не купишь мне шампанского, Джерри?

Пластинка Чабби Чеккера кончилась.