Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Генерал положил на стол папку и хлопнул по ней ладонью:

— Вот, ознакомьтесь с документацией на поступивший в наше распоряжение груз, принимайте его — и денька через два-три айда, батенька мой, на Русь.

— Из Трапезунда?

— Да, из Тра-пе-зун-да — в Росси-ию… — задумчиво протянул Домосоенов. — Лизонька моя все время читает стихи о России, всю душу извела:

Господи, я верую!Но введи в свой райДождевыми стреламиМой пронзенный край.Читает о России, а сама плачет. Очень уж она переживает… Стихи-то приходят ей на память мрачные, тоскливые:

Шаманит лес-кудесникПро черную судьбу.Лежишь ты, мой ровесник,В нетесаном гробу.*[""252]Тяжело, знаете ли, сознавать, что навеки расстался с родиной… Вы уж извините меня, старика, совсем расклеился.

Антон Аркадьевич, тяжело ступая, вышел из кабинета, а Наумов продолжал стоять у двери.

«Принимайте — и денька через два-три айда, батенька мой, на Русь, — стучала мысль. — Значит, операцию нужно провести как можно скорее».

Замкнув дверь, Наумов вернулся к столу и углубился в работу. Условными знаками выписал наименование и количество груза, в основном пулеметы, винтовки и боеприпасы, просмотрел приказ о составе отряда сопровождения.

Зазвонил телефон.

— Господин полковник?

— Да, слушаю вас.

— О, хцауштен, клянусь богом, совсем потерял надежду увидеть тебя, — послышался гортанный голос Дариева. — Третий день ищу — нигде нет…

— Приезжайте ко мне в управление сейчас. Алим Ашахович.

— Рад, дорогой, но не могу. Жду генерала. Лучше приезжай ты ко мне.

— Да нет, раз вы заняты, мешать не стоит. А проститься надо бы. Ведь я еду на Северный Кавказ, может, придется быть в Осетии…

— Э-э, дорогой, обязательно приезжай. За-ачем обижать хочешь, приезжай, жду!..

— Ну, хорошо, через час буду.

Вагон, в котором жил начальник Керченского укрепрайона генерал-лейтенант Улагай, стоял в тупике. К самому вагону подъехать не удалось, поэтому Наумов помог Саше взвалить на спину ящик с шотландским виски «White Horse» и направился напрямую через железнодорожные пути.

Дариев ждал Наумова, посматривая в открытое окно. Увидев его, махнул рукой и исчез, а через мгновение показался на ступеньках вагона и спрыгнул на землю.

— Алим Ашахович, дайте солдата помочь перенести маленький подарок для генерала Улагая — ящик коньяка. А это вам. Шотландское виски.

— Это же целое состояние! — воскликнул адъютант. — На такой подарок я могу ответить… — он ударил себя в грудь, — жизнью.

— Жизнь не стоит ящика этого дерьма.

— Я сейчас доложу командующему о твоем подарке…

— Ну что вы! Я думал, его еще нет. Мы посидели бы часок.

— Зачем так говоришь? Генерал — душа человек.

— Я много слышал о генерале Улагае. У нас на Восточном фронте о нем ходили легенды.