Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Капитан проверил, как выполняются его указания, и направился обратно. У косогора он свернул и пошел по берегу реки до того дуба, от которого палатка располагалась в створе с навесом. Выйдя к ней с тыльной стороны, прислушался, а затем, осторожно приподняв полу, поднырнул в нее.

Чапега внимательно следил за аудиторией. Он отметил, что появление генерала Фостикова было воспринято благожелательно. Благородные черты его лица и густая проседь висков, сливающихся с лихо заломленной смушковой кубанкой, — все это впечатляло.

— Мои боевые друзья! — сказал генерал и внимательно посмотрел каждому в глаза, и каждый почувствовал, что генерал обращается именно к нему. — Я счастлив встретиться с вами, самыми мужественными и последовательными воинами империи Российской. Не хочу оглядываться назад и бередить раны души и разума ошибками прошлого. Главнокомандующим генералом Врангелем на нас с вами возложена великая миссия исправить эти ошибки. В сей исторический день здесь, в предгорьях Кавказа, мы сделаем первый шаг по священной стезе к возрождению многострадальной России. Все наши предшественники стремились сделать это одним мощным ударом клинка. Наш героический путь будет более длинным, но менее ошибочным.

Фостиков отбросил полы черкески и сел. Полковник тут же вскочил, будто они находились на разных концах одной доски:

— Разрешите, ваше превосходительство?..

— Пожалуйста, Петр Аркадьевич.

Рассказывая о военных событиях на Польском фронте, Чапега умело оперировал сведениями из газет, подновляя и усиливая их своими домыслами и четко сформулированными выводами. В конце он сделал заключение:

— Таким образом, усилиями начальника государства Польского и его главнокомандующего генерала Йозефа Пилсудского, являющегося опытным политическим и военным деятелем, созданы благоприятные условия для нового взрыва борьбы за создание в России политической структуры, которая отвечала бы интересам тех, кто проливает за нее свою кровь…

Полковник Крыжановский, крупный землевладелец Кубани, подавив усмешку, сдержанно, без иронии спросил:

— Будьте любезны, господин полковник, не смогли бы вы назвать численность войск польской армии, перешедшей в наступление? Ориентировочно, разумеется.

Чапега с готовностью ответил:

— Вторжение начали три армии Северо-Восточного и три армии Юго-Восточного фронтов, общей численностью около ста пятидесяти тысяч штыков и сабель, свыше четырех тысяч пулеметов и около ста орудий и минометов. Это достоверные сведения, которые не скрывают газеты.

Полковник Бочаров, нетерпеливо ерзавший на скамейке, вдруг резко вскочил и, забыв о приличии, выругался, но тут же взял себя в руки:"

"— …Польская моська!..