Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Он был освобожден по делу карабаира досрочно — настояла на этом Азиатская мусуль­манская лига — и, поселившись в Дагестане, начал понем­ногу собирать рассеянные остатки унароковской шайки. Но, повторяю, пока это всего лишь мои предположения.

— Уголовники, оказывается, тоже имеют организаторские способности,— сказал Сугуров."

"— И немалые, Арсен. Допрашивая Парамона Будулаева, я почти убедился, что первым условием для приема в шайку было мокрое дело с крупным ограблением. Лялям Балаев, если это действительно он, не хотел рисковать и не доверял тем, кто отсидел сроки, а, тем более, был освобожден досрочно, как Рахман или Буеверов. Не поверил он, видимо, и бежав­шим Гумжачеву и Акбашеву. Старый пройдоха вообще отли­чался повышенной подозрительностью. Хочешь завоевать доверие — рискни на убийство и внеси солидный куш. Так, мне думается, и пришлось поступить Хапито и Паше-Гирею в Дербенте, а Рахману и Буеверову — в Черкесске. Зубера Нахова и Парамона Будулаева он связал с торговлей поддель­ными драгоценностями, которые изготавливались в его мас­терской. Пока мы с тобой не нашли этому вещественного подтверждения, кроме колец Паритовой, но, я убежден, най­дем. Остается еще одно.

—  Что? — не выдержал Маремкулов, старавшийся не пропустить ни одного слова из этого разговора.

—  Выяснить, как камень попал к Чернобыльскому и при каких обстоятельствах был украден. И тут, сдается мне, нас ждет открытие...

—  Я, кажется, понимаю,— перебил Вадим Акимович.— Ты помнишь, как остолбенел Чернобыльский, когда ты показал ему перстень? Он знал! Он знал, что там — бриллиант!..

—  Вполне возможно,— согласился Жунид.— И я того же мнения. Вернемся в Черкесск и сейчас же проверим.

—  А можно мне вопрос, Жунид Халидович? — решился Арсен Сугуров.

—  Давай, пока я добрый.

—  Где, по-вашему, те четыреста шестьдесят тысяч, ко­торые похищены у Барсукова?

Жунид неприметно улыбнулся.

—  С полной уверенностью сказать не могу, но, по-мое­му, деньги находились у Бекбоева до 14 июня. Пустить их в ход они не могли, потому что номера краденых купюр были известны и Бондаренко оповестил о них почти все финансо­вые и торговые учреждения.

—  Они-то не могли знать об этом?

—  Могли. Через Васюкову. Вернемся — проверим и это, если будет необходимость. Вот... Узнав через ту же Васюко­ву, что Итляшев описал их приметы, Тау забеспокоился и увез чемодан в Дербент к Феофану или Гумжачеву — не знаю, как было обставлено их оформление в шайку. Сейчас деньги, вернее всего,— у Омара Садыка, который решил вос­пользоваться ими единолично. Видимо, у него собралась до­вольно круглая сумма, если учесть, что он имел свою долю в ограблении здешнего инкассатора, долгое время сбывал фальшивые камни плюс деньги Шахарской фабрики.