Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Бритая иссиня-темная голова, монгольского типа загоре­лое лицо, грубое, но, безусловно, принадлежащее человеку

смелому до безрассудства. Ничего дегенеративного нет, если не считать скомканного обезображенного уха. Так что вряд ли прав Ломброзо в своем утверждении, что каждый преступ­ник отмечен каиновой печатью, что задатки преступности заложены в самих биологических особенностях типа. Чепуха все это. Вор, бандит, взломщик, конокрад и убийца — порож­дение не биологическое, а социальное. И одень сейчас этого Рахмана получше, и сойдет он, пожалуй, за добропорядочно­го обывателя.

—  Фамилия, имя?

—  Ты же знаешь, начальник. К чему вопросы?

—  Отвечайте! — коротко оборвал Дараев.

—  Тау... Рахман Бекбоев.

—  Кто похитил лошадей с чохракской конефермы?

—  Кто крал, тот попал,— высморкавшись прямо на пол, ответил Тау.— Хапито Гумжачев и Петр Черкашин. Они же отбывают срок, начальник... Благодаря тебе.

—  Значит, знаете уже?

—  Тау все знает.

—  Ну уж и все. Ладно. Нас интересует, где сейчас на­ходятся лошади из Чохрака и карабаир.

Тау шмыгнул носом.

—  Учти, начальник, я сторожа не убивал. Газиза — тоже не я. Так что мокрое дело мне не шей. И если следствию помогу...

—  Торговаться будем?

—  Нет,— серьезно ответил Тау.— С тобой не сторгу­ешься, видно, раз ты сидишь здесь с собакой, а не у нас с Галиной... Взял ее?

Жунид молча кивнул.

—  Я так и подумал. Говорил ведь мулле: не трать порох зря, Щукая на такой крючок не возьмешь...

—  Оставим это. Говорите дело. И имейте в виду: обещать ничего не буду. Все, что заработали,— получите сполна.

—  Что ж, начальник. Буду говорить дело.

—  Ну? — не вытерпел Дараев.

—  Не понукай, не запряг еще,— дерзко ответил Бекбо­ев, всем своим видом показывая, что не намерен принимать всерьез никого, кроме Шукаева.— Кони — в Орюрте...

—  Неправда! Я же там был! — снова вмешался Вадим, отрываясь от протокола.

—  Мало ли кто где был. Барышник там есть. Имени незнаю. Дом его второй с краю села. У барышника есть примета. Молодым был, в драке отрубили ему шашкой ползада С тех пор наперекосяк ходит Лошадей уводили в лес на день А ночью — в конюшню Плохо смотрел, начальник...— Тау с издевкой глянул на Дараева и снова повернулся к Жуниду — Все я сказал. Ищи коней в Орюрте.

—  Бориса Фандырова знаете? — спросил Жунид.

—  Да. Трус... И жаден, сволочь... Пижон глаженый.

—  Краденые товары ему сбывали?

—  Ему.

—  А Шагбан Сапиев?

—  Слышал о таком, но лично не видел. С ним Феофан и Буй знались...

Шукаев задал еще несколько вопросов, уточняя обстоя­тельства чохракского налета и заодно проверяя, правду ли говорит Рахман. Тот отвечал коротко, но вполне конкретно и обстоятельно

—  Когда в последний раз встречались с Муталибом Акбашевым?

—  Из Кутского леса я попал в Армавир.