Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Никак не ожидал он, что сидяще­му перед ним следователю что-либо известно о чохракском налете  Значит, рыжий Петро все-таки выдал его?

Лицо Хапито налилось злобой.

—  Сторожа убил не я..

—  Это нам известно  Куда сбыли лошадей'

Но Хапито мог отвечать только «от печки» Мысль его зацепилась за воспоминания о чохракской конеферме, и на любой вопрос он мог отвечать, только вернувшись к тому, что уже не интересовало Жунида. Шукаев понял, что Гумжачев — человек действительно недалекий, удивительно неповоротли­вого ума, и перестал перебивать его. Хапито ничего не скрыл. По его словам, они с Петром Черкашиным в начале апреля присутствовали на пьянке у Сахата Кабдугова по случаю его возвращения из тюрьмы. В числе других гостей был абадзех-ский вожак Хахан Зафесов, с которым у них состоялось зна комство. Спустя несколько месяцев Гумжачев и Черкашин отправились в гости к Зафесову, в аул Дейхаг. Именно в его доме они узнали о племенном жеребце, недавно приобретен ном колхозом «Заря». Заядлый лошадник Хахан Зафесов го­ворил о нем со знанием дела, и у обоих конокрадов разгоре­лись глаза. Унарокову, Газизу и Тау они после налета дали по две тысячи наличными. Кроме того, людям Асфара доста­лись двуколка, слепой конь и берданка Аскера Чича."

"Хапито и Петр, распростившись со своими адыгейскими сообщниками, увели коней к Янукаю. Провожал адиюхцев только Асфар. Затем отстал и он. Лошадей погнали дальше, до самого Урупа. Когда поднимались вверх по ущелью, тем­но-серая кобыла сорвалась с кручи. Шукаев понял, что это была Зухра. Вот почему след копыта, напоминающий по фор­ме башмак, больше ни разу им не попался.

—   Кому загнали карабаира? — не желая выслушивать все эти ненужные ему подробности, перебил Жунид.

— Бекану Кабалову    за двадцать пять тысяч

—  Где он живет?

—  Аул Кунах.

—  У меня тоже вопрос,— вмешался Дараев.— Почему в Адыгее вас называли адиюхцами. Вы же не из Адиюха?

—  Когда Хахан спросил, я так сказал

—  Из осторожности?

-Да

—   Подпишите протокол,— Жунид протяну-л Гумжачеву лист, исписанный Дараевым — По-моему, тут все верно

С Черкашиным пришлось повозиться. Он сидел с на­глым видом, закинув ногу на ногу, и не отвечал ни на один вопрос. А на очной ставке с Хапито, воспользовавшись тем, что конвоир засмотрелся в окно, заехал своему более разго­ворчивому сообщнику по физиономии, за что заработал сут­ки карцера.

Словом, его пришлось увести: он так ничего и не ска­зал. Жунид, правда, не очень огорчился молчанием Черкаши-на. у него теперь было имя — Бекан Кабалов Аул Кунах. Следы карабаира вели туда.

... Вечером в номер принесли телеграмму «Восхищен работой тчк Охтенко выехать не может тчк Действуйте дальше контакте местными органами милиции тчк Привет зпт пожелания доброй удачи тчк Дыбагов».