Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Во второй половине дня она так и не присела — все ходила да молча поглядывала на темную зубчатую стену тайги. Ребятишки, видя необычную озабоченность матери, не лезли к ней, они издали наблюдали за Тайкой то удивленными, то испуганными глазами.

Уже на закате солнца, когда над улусом пламенели облака, все увидели худенькую фигуру Алешки, отделившуюся от леса. Зная, что дома его ждут, парнишка торопился. Когда он, ловко перемахнув плетень, оказался рядом с Тайкой, его рубашка, латанная не раз, была сплошь мокрой от пота, а сбитые и изрезанные ноги во многих местах кровоточили.

Алешка вполголоса о чем-то посовещался с матерью и, отойдя в сторонку, к лошадям, застыл в ожидании предстоящего разговора взрослых. Но Тайка глазами показала ему на избу и, когда он скользнул в дверь, прямо спросила у Антона:

— Говорить при всех?

— Да. Мы в курсе, — за Казарина ответил Дятлов.

Она не поняла его и переспросила:

— Говорить?

— Говори, — теряя всякую выдержку, сказал Антон.

— Чыс айна согласен на встречу, — волнуясь, произнесла она и шумно перевела дыхание.

Чекисты переглянулись. Цель, кажется, достигнута, но какой ценой? На каких условиях?

— Увести отряд из Кискача. Идти на встречу без оружия и только одному человеку.

Леший действовал осторожно. Но у чекистов не было выбора — они согласились. А ночью из Чаркова — третья подряд бессонная ночь для Антона — по железнодорожной телефонной линии Дятлов и Казарин говорили с Абаканом. Капотова в это время в управлении не оказалось, переговоры вел его заместитель.

— Все это похоже на ПР. Вам устроят ЗП. Требуйте явки к себе, — сказал он.

По условному коду чекистов ПР — провокация, ЗП — западня. Опасность была очевидной, но что делать?

— Иного в-выхода нет, — резко бросил в трубку Михаил Дятлов."

"На условленную встречу пошел Чеменев, прошлой ночью он тоже не сомкнул глаз. Он устроился спать на сене в одном из сараев на окраине улуса. Во тьме в разных концах селения то и дело взлаивали собаки. Кто-то ходил за поскотиной. По отрывистому лаю собак можно было понять, что ходили не звери, а люди, к тому же — нездешние люди.

Выбор пал на Чеменева не случайно. У него было немаловажное достоинство: при всей своей горячности никогда не зарывался в бою, а принимал быстрые и точные решения. Поэтому-то работник областного угрозыска и был включен в чекистский отряд.

У таежной опушки Чеменев снял с себя широкий кожаный ремень с наганом и охотничьим ножом, подал Дятлову. Тот принял оружие с серьезным и несколько торжественным выражением лица и, рванув ворот гимнастерки — ему стало душно, — сказал:

— Лихого жеребца и волк не берет. Ну!

Чеменев ласково, с прорвавшейся вдруг нежностью, погладил Алешку по иссиня-черным вихрам:

— Веди. Да не серчай, не держи обиды.