Детектив для уютной осени

Точку в затянувшемся споре поставил Сергей Львович. Утомившись ожиданием, он направился к фонарю, рванул на себя мужика, тот отпал, как засохшая ветка, Берсеньев поволок его к машине, точно нашкодившего кота, и легко забросил на заднее сиденье. Двое сели сами. В Лехиной душе боролись разные чувства, отражаясь на физиономии: гордость, что в друзьях у него тип вроде Сергея Львовича, и легкая паника.

– Куда? – спросил Берсеньев, и гордость в Лехе перевесила. Он начал путано объяснять, заодно поведав о превратностях этого дня, в результате которого они оказались в столь бедственном положении. Берсеньев слушал и поддакивал, Леха, видя такое расположение, решил рискнуть:

– Слушай, у тебя деньжат не найдется… взаймы?

Берсеньев взглянул из-под очков, и Леха тут же заинтересовался пейзажем за окном.

Мы доставили их к типовой пятиэтажке, Леха рассыпался в благодарностях и полез из машины.

– Сидеть, – скомандовал Берсеньев и обратился ко мне: – Покажи ему фотографию.

Я достала снимок и протянула Лехе.

– Узнаю, – обрадовался он, бережно взяв лист бумаги двумя руками. – Это Верка, царство ей небесное… убили Верку-то… – вытаращил он глаза. – Вот так… теперь родня ее нагрянет и квартиру, и машину – все отберут, а мне только кредит останется, выплачивай, Леха, как знаешь…

– Тебя менты допрашивали?

– Почто мне с ними встречаться, я вот у Вовы пока поживу… мало мне кредита, еще и посадят неизвестно за что… Соседка мне позвонила, я сразу ходу… вот скажи, чего Верке было на даче делать в такую пору? А вы… – Тут в его пьяной голове что-то срослось, и он испугался по-настоящему, должно быть, заподозрив нас в злодействе. – Мужик, я – молчок, ни слова… никогда не видел, и все такое…

– Дурак, – с грустью констатировал Берсеньев и был, конечно, прав. – Отправляйся домой и не вздумай от ментов прятаться, а то и правда убийство пришьют.

– И я домой. Только не пойду, а поеду. И молчать обо мне никакой надобности нет, к Верке твоей мы приезжали по просьбе Одинцова, пригласить ее на сороковой день.

– Не дожила она, – простонал Леха, сглотнув слезу.

– Давайте вернемся к фотографии? – внесла я разумное предложение. Леха покорно на нее уставился.

– Верка, царство ей небесное, и Ирка тоже… вот она. Это надо ж, ни с того ни с сего…

– Больше никого не узнаешь? – спросил Берсеньев.

– Третью бабу ни разу не видел, и мужиков…

– Посмотри внимательней, он сейчас старше лет на семь…

– Ба… – ахнул Леха. – Да это ж чернявый… тот, что к Верке шастал…

– А то… морда наглая…

– А я его знаю, – вдруг заявил приятель, уже некоторое время с интересом рассматривая фотографию в Лешкиных руках. – То есть как звать, не помню, он у Викторыча работает, слесарем… вспомнил, Андрюхой его зовут.