Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Если в деле есть малолетка, то инспектора ИДН и Ефремова хоть как надо наказывать.

– Уголовное дело по Бурлакову у нас? – уточнил Балагуров.

– Конечно! Если бы оно было в прокуратуре, мы бы влетели с процентами на тот год, а так – своя рука владыка. Начальник следствия РОВД пострадает, так у него такая должность – выговора собирать. Николай Борисович, вы за наших сотрудников не переживайте. Мы один коллектив, мы в одной лодке, у нас одно общее дело. Если кому-то надо пострадать, то этот человек воспримет взыскание как должное.

– Я вот о чем думаю. Нашему начальнику следствия на следующий год звание получать, а тут – выговор…

– Николай Борисович, если мы показатели следующего года завалим, то начальника следствия накажут вдвойне. За мелкое нарушение УПК он всегда отбрешется – недоглядел, закрутился, просмотрел незаконное постановление. А за проценты с него спросят по полной программе. Пока у нас в стране процент раскрываемости превыше всего, в областном УВД на наши фокусы с карточками глаза закроют. Все же понимают, что мы не от хорошей жизни дело решили располовинить. К тому же что в этом незаконного? Покойник-то у нас есть! Мы же не выдумали его.

– Быкова надо жестко привязать к Бурлакову: свидетели, что-нибудь еще. Окурки с его слюной нигде нельзя достать?

– Поезд ушел! – развел руками Костин.

Балагуров откинулся в кресле, подумал.

– Действуйте! – решил он. – Этот год у нас все равно провальный, а тот нам вытягивать надо.

Костин достал сигареты, пододвинул к себе пепельницу.

– Николай Борисович, мне всегда было интересно: кто конечный получатель информации по проценту раскрываемости? Кто тот дядя, для которого вся страна мухлюет? Раньше все на Брежнева кивали, мол, ему министр МВД лапшу на уши вешает, чтобы дорогого Леонида Ильича не расстраивать. А теперь? Все говорят, что Андропов лжи не переносит, а с процентами что, исключение? Даже дураку понятно, что раскрываемость преступлений от девяноста процентов и выше – это откровенное вранье. У нас же девяносто восемь – норма.

– Наши проценты в том же магазине продают, где мяса – завались. Все врут, вся страна, на всех уровнях. Мы, когда проценты подгоняем, большого ущерба государству не наносим, потому что наши проценты никому из советских граждан даром не нужны. Наши проценты – это то, что нельзя потрогать руками и очень сложно проверить, а вот школьные отметки – это да! Любому лоботрясу и тупице по окончании восьми классов гарантированно выдадут аттестат с тройками. Вдумайся, что значит отметка «удовлетворительно»? Это означает, что ученик постиг все премудрости предмета, но недостаточно хорошо. А теперь пойди и попроси своих инспекторов уголовного розыска прочитать передовицу в журнале «Новое время» на иностранном языке.