Детектив для уютной осени

До прибытия полиции Лосева заперли в гаражной мастерской. Лев сходил за пальто Лионеллы, заставил ее одеться. Через открытую дверь «Скорой помощи» было видно, как хлопочут над Никаниным врачи.

Лионелла подобрала с пола знакомый футляр, открыла его. Внутри лежала все та же золотая ложка.

– Что это? – К ней подошел Лев.

– Елейная ложка, – ответила она.

Из машины донесся хриплый голос Никанина:

Тихвин обратился к врачу:

– Первая помощь оказана. Ему следует обратиться к хирургу.

– В таком случае можете ехать.

– Дежурство закончится в девять часов утра.

– Я вас отпускаю сейчас. И кстати… – Он посмотрел на Никанина: – Его с собой захватите. Доставите в приемное отделение.

Никанин вылез из автомобиля и протестующе захрипел:

– Вам нужно в больницу. – Тихвин попытался запихнуть его обратно в «Скорую помощь».

– Ты! Ты! – Из горла Никанина вырывались хриплые восклицания. Взглянув на Лионеллу, он ткнул пальцем в Егора Макаровича: – Это все он!

Лев встревоженно посмотрел на Кречета.

– Когда приедет полиция?

– Не раньше чем через час.

– Езжайте! – громко приказал Тихвин и хлопнул кулаком по корпусу фургона «Скорой помощи».

Врач заскочил внутрь, закрыл дверь, и машина выехала из гаража. Тихвин обернулся.

– Новицкий, тебе тоже здесь нечего делать. И жену уведи. Без вас во всем разберемся.

– Нет. – Лев покачал головой. – Вместе будем разбираться. До приезда полиции – час. Есть время поговорить.

– Зачем вы пришли в гараж? – спросила Лионелла у Никанина и показала ему футляр с золотой ложкой. – Это зачем принесли?

Он кивнул на Тихвина и с усилием произнес:

– Чтобы забрать деньги.

Никанин помотал головой и тихо сказал:

Сергей Кречет принес раскладной стул, и Юрий Платонович сел:

– Я должен сделать заявление…

Тихвин запротестовал:

– Давайте дождемся полицию!

– Делайте свое заявление, – сказал Лев.

– Это Тихвин убил Бирюкову. Или ее убили по его приказу…

– Надежда Ефимовна шантажировала его.

– Этим предметом. – Никанин глазами указал на футляр.

– Ложкой? Откуда она взялась?

– Надежда Ефимовна купила ее у Валерии Тупогуб, любовницы Тихвина.

– Бирюкова и Валерия были знакомы?

– Их познакомил Тихвин. А с Тихвиным Надежду Ефимовну познакомил режиссер Комиссаров. Когда Тихвин узнал, что ложка продана, он позвонил Бирюковой и предложил выкупить ее за большую сумму. И тут я подумал… – Никанин закашлялся.

– Принесите ему воды, – сказала Лионелла. Кречет принес наполненный стакан. Юрий Платонович выпил и продолжил:

– Я говорил с Критским…

– Кто такой Критский? – спросил Лев.