Деспот

Накрась губы, — с нажимом повторяет он.

— Зачем? — обтираю вспотевшие ладони о пальто. Мне уже не до правил приличия.

— Хочу посмотреть, — уже спокойно и даже вкрадчиво поясняет он.

Ладно.

Начинаю злиться.

Открываю колпачок и крашу губы, нервно выдавливая помаду. Без зеркала выходит неровно, но мне все равно, пусть любуется. Помада вишневого цвета с пудровым оттенком, я выбирала ее под черное платье, которое планировала надеть завтра на корпоратив. Вздёргиваю подбородок, демонстрируя губы Юсупову. Он рассматривает мои губы, и чёрные глаза снова меняются, там появляются новые пугающие оттенки. Мое сердце стучит уже где-то в висках. Закрываю глаза, сглатывая, я просто хочу, чтобы этот день наконец закончился.

— Тебе идет этот цвет, — вдруг выдаёт он, а я уже ничего не понимаю. Зачем мы играем в эту игру?

— В чем меня обвиняют? — спрашиваю я.

— Разве я тебя в чем-то обвинял?

Немного расслабляюсь, когда мужчина отходит от меня к своему столу. Его близость все это время держала меня в напряжении.

— Тогда отдайте мой телефон. Я хочу домой.

Юсупов молча прикуривает сигарету, выпуская густую струйку дыма в потолок. Берет со стола свой телефон, кого-то набирает и подносит его к уху.

— Что там? — спрашивает у собеседника, продолжая курить и смотреть мне в глаза. Отворачиваюсь.

Хватит трогать меня своим невыносимо чёрным взглядом!

— Диму ко мне пошли! — командует он в трубку. — Присядь, — велит уже мне, указывая на диван. Берет бутылку и наливает в чистый стакан воды. Его Величество соизволило разрешить мне сесть. Из принципа не сажусь на этот чертов диван, хотя ноги почти не держат. Он снова подходит ко мне и протягивает стакан с водой. Ох, ты! С чего вдруг такая забота? — Успокойся, — голос уже ровный и привычно равнодушный. Принимаю от него бокал, потому что действительно хочу пить. — Телефон вернут. Мой водитель отвезет тебя домой.

— Не стоит, я сама доберусь.

Мне страшно сталкиваться с его людьми.

— Диана, не надо упрямиться во вред себе.

— Если вы так не доверяете мне, я могу уволиться.

Это, конечно, эмоции, но я уже жалею, что вообще сунулась в эту компанию. Дура.

— Я, Диана, никому не доверяю. Иногда даже себе. Профдеформация. И если ты ни в чем не виновна, то бояться нечего, не принимай на свой счёт. Это вынужденные меры.

В дверь стучат.

— Зайди! — разрешает Юсупов.

В кабинет входит парень с моим телефоном в руках.

— Отдай девушке, — Рустам Эдуардович кивает на меня, и парень протягивает мне телефон. Забираю, сжимая его в руках. — Отвези Диану, куда она скажет, — велит он парню, и я уже не возражаю. Так хочется домой, что сил и желания спорить нет. Быстро иду на выход. — Можешь завтра прийти на работу на пару часов позже, — снисходительно разрешает мне Юсупов.

Даже не благодарю, просто киваю и выхожу.