Десятый отряд

Вы сами слышали: сверхполиция считает вас беззащитными детьми, и кое в чем те бестолочи правы. У всех остальных в десятом отряде есть хоть какая-то магия. Неужели ты сам не хотел бы уметь что-то, чего не умеет твоя раса?

Я разинула рот. Магистр Веллес упал на стул с совершенно потерянным видом. Мы ждали именно его реакции, как самого опытного ведьмака, и он удивил, протянув обескураженно:

– Дело непростое, но можно попытаться. В самом деле, есть специальная письменность, усиливающая защиту или дающая какие-то способности. Ведьмаков мы из них не сотворим, но от несильного удара можем защитить… Это решение выбивается из всего теоретического курса магии, но ты прав – раньше у нас просто не было необходимости об этом задуматься…

Я ожидала, что Маринка начнет возмущаться – не каждая девушка согласится «украсить» свое тело несмываемыми рисунками. Но я подругу недооценила: у нее загорелись глаза от мысли, что она перестанет быть пустым местом в мире существ. А Николас… ну, оборотень будет любить ее в любом случае, хоть для чего-то его фатальная привязанность пригодилась.

В ближайшие три дня график учебных занятий был выкинут в окно, поскольку магистр Веллес и сам заинтересовался экспериментом. Кристина фыркала и высокомерно заявляла, что ни за что не позволила бы уродовать свое тело. Наверное, завидовала – ведь ей как раз никто и не предлагал. Преподаватель вместе с Димиником зарылись в книги, но мы тоже пытались помогать – по меньшей мере по их заданию искали подробные описания каких-то знаков. Решение оказалось сложнее, чем вначале подумалось: девяносто девять знаков из ста отметались из каких-то соображений. Наконец, на третий день Маринка обзавелась первым уродливым иероглифом на левой лопатке, благо маленьким и незаметным. Наносил рисунок сам магистр при участии Риссаи – было очень важно, чтобы знак писался одаренным ведьмаком, иначе никакой магической силы он не получит.

Нет, после этого моя подруга не научилась арканить альтеров или накладывать привороты. Все, чего мы добились – небольшой воздушной волны, когда она резко махала левой рукой. Такая волна не отобьет серьезную атаку – максимум, собьет противника с толку, но Марина была счастлива до прыжков под самый потолок. Я могла себе представить ее восторг: в сравнении с ничем такая магия ощущается невероятной могущественной силой.

Следующим знаком они установили ей защиту от смертельной опасности, но с ним была загвоздка: он был разовым – в точности, как мой амулет-капелька, который имел лишь один заряд.