Десятый отряд

Вас тоже поражает, как быстро он осваивается?! Как снежный ком! Дай ему еще два часа – и он сможет делать все, что умели существа за тысячи лет!

– Нет у нас двух часов, – прогундосил Влад. – Талья, начинай, мы не знаем, когда он сам появится.

Я медленно вдохнула, подошла к единорогу, погладила по морде и осторожно взялась за рог. Петь решила подольше, чтобы увеличить шансы на успех.

– Море волнуется раз, море волнуется два, море волнуется три, морская фигура на месте замри. Море волнуется раз… Кто-нибудь знает другую песню про море?

– Наташ, не отвлекайся, – попросил Диминик. – Говори желание.

Я отдавала распоряжение тоже нараспев, хотя и начала чрезмерно волноваться:

– Пусть Никита… как там его фамилия?

– Захаров, – подсказал инкуб шепотом.

– Захаров Никита Семенович, – протянул откуда-то снизу Влад.

Коротко вдохнула и начала заново:

– Пусть Захаров Никита Семенович потеряет всю свою магию!

– Потеряет магию? – в голосе инкуба я услышала недовольство.

Подумала и добавила нелепое:

– Навсегда!

Отпустила единорога, и тот поскакал от нас подальше, вероятно, посчитав слишком назойливыми, чтобы пожелать и дальше терпеть нашу компанию. Диминик уставился на меня, не скрывая раздражения:

– Наташа, «потеряет магию»?! Почему ты не загадала, чтобы он сдох на месте?

Я поморщилась и призналась:

– Его и так убьют. Не хочу, чтобы это была я.

– Кишка тонка! – выплюнула Ланда и даже вскинула кулак, чтобы мне врезать. Но сдержалась и отошла подальше: – Ну хорошо, лишь бы сработало. Тут хватит тех, кто мешкать не станет. Теперь ждем?

– Нет, – осторожно поправила я. – Теперь бежим. В прошлый раз исполнилось с задержкой… в несколько дней.

– Несколько дней?! – гаркнули мне в спину сразу несколько голосов.

Кажется, пришибет меня кулак берсерка, а не валькирии. Риссая подняла указательный палец в небо и напомнила:

– Ты от него теперь не спрячешься. Это редкая и тонкая магия – она проходит через любые барьеры.

Диминик потер подбородок и хмуро высказался:

– Если ты имела в виду меня, то я долго сопротивлялся – как ты и сказала, меня от одной мысли тошнило, и я прогонял все зачатки. Но не думаю, что задержка вообще была.

Ответа никто из нас не знал, а утешаться догадками сил уже не осталось. Теперь мы просто уповали на везение.

– Уходите в Южную Моховку, – попросила я. – А я доберусь до леса и не буду останавливаться. Хорошо, что на сверхфизкультуре не отлынивала.

Но никто из присутствующих не сдвинулся с места. Они тоже понимали, что мне не хватит скорости, поэтому нет никакой разницы – уносить ноги или оставаться на месте. И одну они меня не бросят. Меня окружали близкие друзья и боевые товарищи – я даже устыдилась, что на секунду усомнилась в их преданности.