Десятый храм

Но ладно, повод погулять у них был, действительно, первостатейный!

Теперь я брал по три устрицы зараз, алгоритм уже отработал с прошлого раза. Вернее, учитывая цель визита в данж, устрицы моим копьём подбирал с песка дрессировщик, я лишь кастовал липучесть на паутину, когда он подносил копьё к верхней створки устрицы. Едва повернул в сторону, тут же выскочили раки. Но в этот раз я решил не шагать сразу к берегу, а пойти вдоль него. Может быть, так удастся собрать побольше раковин, не тратя времени на возвращение на мой островок?

План сработал — не обращая особого внимания на толчки бросающихся на элементаля раков, через сотню метров наткнулись на ещё одну устрицу. Подняв её, скомандовал элементалю возвращаться к суше, в надежде по дороге поднять ещё двух устриц по этой же линии. Но через двадцать секунд количество раков около нас удвоилось, помимо прежних преследователей, нахлынула новая стая. Качать элементаля стало намного сильнее, и хуже всего, раков стало так много, что они полезли друг на друга, став щёлкать клешнями около наших с Камлэйтом ног.

Начав жалеть о том, что пожадничал, выхватил своё копьё из рук дрессировщика, нанося удары по глазам самых близко подобравшихся раков. Камлэйт отбивался двумя мечами, копье он с собой не взял, я, как-то, в таверне не обратил на это внимание, а теперь уже было поздно.

— Если сильнее насядут, всплываем и плывём к берегу, элементаль сам до нас доберётся! — скомандовал я.

Но спустя пару секунд мне стало уже не до раков. Я услышал встревоженный крик Дхакуна, и, начав озираться, обнаружил, что то, что я принимал за огромный валун неподалёку от нас, на самом деле вполне себе живое существо, и даже движется в нашу сторону!

Новый монстр оказался чём-то вроде гибрида огромной раковины и улитки. Надпись над ним гласила:

Моллюск-молох, тип добычи — уникальный. 370 уровень, 7600 единиц жизни.

Налицо был огромный панцирь метров пять в диаметре, почти круглый, двигался моллюск по песку за счёт усилий плотной массы белесых мышц, и спереди в панцире были видны разной величины дырки. Причём назначение мелких дырок поверху, пары десятков, из которых торчали короткие стебельки, было понятно — скорее всего, это глаза. А вот зачем гигантскому моллюску десяток крупных дыр понизу? И почему раки внезапно стали разбегаться в стороны, словно стесняясь находиться около нас?

Спустя секунду назначение нижних дыр стало понятно. Приблизившись к нам на три метра, огромный моллюск замер, а затем, из десятка дыр словно стартовали в нашу сторону ракеты. Одна из них пребольно ударила мне в ногу, а девять остальных с такой силой врезались в элементаля, что он начал заваливаться на спину!

— Всплываем! — заорал я.