Десятый храм (Эгида-13)

Доложил он шепотом мне на ухо, чтобы не спалиться перед дрессировщиком, но тот, похоже, все же что-то услышал, так как встревоженно завертел головой.

— Господин барон, моллюск! — сказал Камлэйт встревоженно, тыкая пальцем в море.

И действительно, монстр подобрался к берегу уже настолько близко, что верхняя часть его панциря поднялась над волнами.

Не стал ничего делать до того, как туша моллюска наполовину вылезла из воды. Привыкал к его скорости, чтобы точнее целиться потом валунами. Ну и, конечно, зачем атаковать поблизости от глубины? Мало ли, панцирь окажется прочным, и понадобится побольше времени, чтобы его разбить?

По моим прикидкам вышло, что, чем меньше вокруг воды, тем медленнее движется огромный враг. В связи с этим дал ему возможность проползти ещё десять метров в нашу сторону. Но, поскольку нервы не железные, скастовал толстый валун, за который мы с Камлэйтом и перебазировались. По толщине валун был в два раза шире насквозь пробитого элементаля, по идее, такую толщину водяные струи моллюска пробить не должны.

Наконец, решил, что гигант никуда уже не денется, и приступил к делу.

Прежде всего, скастовал полукруг из огромных булыжников позади моллюска. А то вдруг у него есть какая-нибудь способность на увеличение скорости, и он попробует сбежать?

А вот затем, хорошенько всё прикинув, запустил с высоты в полсотни метров один квадратный булыжник с плоской нижней поверхностью, и сразу же над ним второй ромбовидной формы, со скошенной поверхностью, обращённой вниз. Как и рассчитывал, у первого булыжника поверхность была больше, воздух его эффективно притормаживал, в результате второй булыжник быстро догнал первый, и в моллюска они попали уже одним снарядом весом в восемь тонн.

Прицелился я практически идеально — массивные валуны угодили в центр огромного купола. Хруст был эпический, решил, что раковину, судя по нему, явно проломить получилось. Но после этого булыжники соскользнули вниз по одному из боков моллюска, и я увидел, что пролома нет, налицо только две большие трещины, в самой широкой части достигающие двух сантиметров.

Моллюск как-то обиженно всхлипнул, и замер на месте. Создавалось впечатление, что он задумался над вопросом — а что это сейчас было?

Ладно, продолжим! Скастовал на максимальной высоте валун в виде огромного наконечника стрелы, обращённого острой частью вниз. Посмотрим, удастся ли пробить им растрескавшуюся раковину насквозь.

Не получилось! Как часто бывает, в ходе полёта вниз остриё наконечника слегка отклонилось в сторону, и он, соскользнув с панциря, воткнулся в песок рядом, войдя в него наполовину.