Десятый храм (Эгида-13)

В результате, Иовилла могла в полной безопасности сидеть в соседней комнате, общаясь с пленником через узкую щель рядом с его головой, и находясь в полной безопасности от любой магической атаки с его стороны, а пленнику казалось из-за эха, что она стоит за его спиной.

Гном зашевелился, закряхтел, и Иовилла, поняв, что он очнулся, тут же с ним заговорила:

— Ну что же, Трой, здравствуй! Рада видеть тебя в гостях, жаль только, что пришлось помочь тебе зайти внутрь! Ну да ладно, что не сделаешь для хорошего друга!

Несколько секунд молчания, и Иовилле показалось, что она снова, как и в расселине, слышит чей-то шепот, в котором к Трою обращались, называя его «господином бароном». Впрочем, что это за голос, она так и не поняла, и что он еще сказал ее пленнику, она не услышала. Это ее насторожило, но что факт, то факт — за то время, что прошло с их встречи на базе, верткий гном уже успел стать бароном. Упоминание об этом появилось в его имени, наряду с двумя легендарными достижениями.

— Здравствуй, Иовилла! — услышала она в ответ, — так может, раз уж мы друзья, развяжешь меня, и мы чайку попьем, что ли?

— Можно и так сделать! — немного неожиданно даже для себя ответила Иовилла, — если дашь честное слово, что не попытаешься убить ни меня, ни моих людей.

Несколько секунд тишины, после чего гном пожал плечами, и сказал:

— Почему бы и нет! Даю слово, что не попытаюсь убить ни тебя, ни твоих людей! Пока я сегодня здесь, конечно!

Такая формула Иовиллу устроила. Знатные пленники свое слово обычно держали. Тем более, что нарушать его было самоубийством. Вряд ли кто-то мог иметь иллюзию, что, атаковав в одиночку ассасинов на их базе, он сможет выбраться из нее живым. Для этого надо знать все трюки ассасинов лучше их самих, и быть экспертом в ловушках очень высокого уровня. Барон точно ассасином не был, и уровень его был ниже, чем у большинства членов клана Иовиллы.

Троя развязали, и отвели в ту самую комнату, где однажды Иовилла беседовала с ним вместе в компании Лоллиан. Воспоминание об этом болезненно кольнуло кланлидеру сердце. Сев у костра, гном улыбнулся Иовилле, и спросил:

— А где сама Лоллиан? Я, собственно, пришел поговорить с ней!

Иовилла поняла, что гном ничего не знает о смерти ее дочери. Верно, откуда бы он и узнал? Черты ее лица исказились, но она спросила:

— И о чем же ты хотел с ней переговорить? Только учти, у меня тут артефакт, который подскажет мне, если ты хоть в чем-то соврешь!

Конечно, никакого артефакта, позволяющего проверить, говорит ли ее собеседник правду, у нее не было. Тут, главное, чтобы собеседник был уверен в том, что он есть, да и, впрочем, не так и легко обмануть опытного ассасина. Читать эмоции собеседника — искусство, которому их обучают с самого детства.