Десять дней, девять ночей (СИ)

Вверх — вниз, вверх — вниз… А затем снова входит и продолжает толчки.

Боже, это выше моих сил! Во мне просыпаются древние как мир инстинкты… Тело само находит нужный ритм и тогда, двигаясь в унисон, мы становимся единым целым.

— Ноги шире! — вновь следует приказ.

Он снова выходит и дразнит клитор, шлепая по нему головкой. Я выгибаюсь и инстинктивно развожу ноги максимально широко.

— Андрей! Что ты… Ой, мама… Да!!!..

Резко врывается мощным толчком и рычит мне в шею:

И я, как послушная девочка, кончаю, балансируя на самом краю реальности. Разлетаюсь на атомы… Умираю, чтобы вновь возродиться.

Чувствую, как больно прикусив шею, зарычал Андрей. Содрогаясь в оргазме, накрывает меня тяжестью своего тела.

Скатившись с меня, Андрей ложится на спину. Он молчит, и я тоже. Слышу, как постепенно его дыхание приходит в норму. Поворачиваюсь, глядя на его профиль, и жду, что вот сейчас он скажет: «Я пойду, мне завтра рано вставать». И уйдет… навсегда… так и не узнав, что только что сделал для меня.

Снова смотрю на него сквозь пелену слез. Мой первый мужчина… Он! Не Влад! Мужчина, который сделал меня женщиной, смыл грязную кляксу с моего женского начала. Остается только догадываться, почему мое тело так откликнулось на него. Причем, еще вчера, когда я первый взглянула в его глаза. Что это?.. Химия?

Слезы катятся по щекам, оставляя после себя мокрые дорожки. А, я, беззвучно их глотая, изо всех сил пытаюсь сдержать всхлипы. Больше не в силах совладать со своими эмоциями, судорожно всхлипнув, прижимаюсь мокрым лицом к его плечу.

— Спасибо! — горячо шепчу я.

Андрей вздрагивает и тут же поворачивается, нависая надо мной.

— Ты плачешь? Тебе больно?

— Нет, мне хорошо… Это от счастья! — улыбаюсь я сквозь слезы, — Спасибо тебе!

Он недоверчиво пялится на меня и, очевидно, не разделяет моих эмоций.

— Ну… за это… За мой первый оргазм…

— В смысле?.. — теперь он выглядим просто ошарашенным, — У тебя ведь есть ребенок, а значит, совершенно точно был секс!

— Был, — подтверждаю я.

— Подожди… — осеняет его, — там, в машине, ты что-то говорила о какой-то фригидности… Ты не прикалывалась, что ли?

Я отрицательно машу головой. Он еще пару секунд смотрит на меня большими глазами, а потом вдруг откидывается на подушки и начинает хохотать. Просто неприлично громко ржать!

— Эй, что смешного?! — обиженно спрашиваю я, растирая слезы по лицу.

Немного успокоившись, он поворачивает ко мне голову, но, едва взглянув на меня, снова заходится в хохоте. Сначала мне становится обидно, но он так заразительно смеется, что я невольно тоже начинаю улыбаться.

— Кто тебе это сказал, дурочка? — отдышавшись, спрашивает он.

— Ты замужем? — улыбка слетает с его лица.