Десерт по имени Аля

Никаких «если»! Я найду свою жену, чего бы мне это ни стоило.

Ну, а пока ее нет, нужно как-то наладить быт.

Решаю начать с душа. Бреюсь, переодеваюсь в чистые джинсы и свитер, оглядываю спальню, присвистываю. Никогда здесь еще не было такого бардака.

Невольно вспоминается детство. Мои родители жили бедно. Отец — учитель алгебры, мать — воспитательница в детском саду. Они всегда говорили — если в квартире чистый пол, значит, ты уже не бедняк, и пол этот надраивали каждый день. Когда я подрос, тоже принимал в этом активное участие. Помню, зайдет мама в мою комнату, и ну совать нос в каждый угол, проверять, нет ли пыли, расставлены ли по местам учебники. Она заставляла меня раскладывать чистую одежду по линейке. Помню, как бесился от этого, будучи школьником.

Матери с отцом давно нет в живых, а я всё еще иногда слышу их возмущенные крики:

— Лежишь в грязи, как свинья!

— Это разве чистая посуда?! Быстро перемывай!

— Учебники нужно раскладывать по цвету! Ну что здесь непонятного…

Причем интенсивность ора от уровня загрязнения не зависела. Иногда в комнате могло быть идеально чисто, а родители всё равно истерили.

Странно, но позже чисто прибранная комната и аккуратно разложенные вещи стали дарить мне душевный комфорт.

После развода я купил себе квартиру в центре Перми. И долгое время жил там один. Всем занимался сам, лишь раз с неделю приходила для генеральной уборки горничная. После того, как женился на Але, расслабился. У этой девушки дар вести хозяйство, а я бессовестно свел ее труды на нет.

Снова звонок в дверь.

На этот раз я рад гостям. Пришла обещанная Пушкарёвым домработница.

— Здравствуйте, меня зовут Мария, можно просто Маша…

Смотрю на эту просто Машу и диву даюсь, как можно так вырядиться в пятьдесят лет, по крайней мере на вид ей именно столько. На ее объемной фигуре растянуто красное вязаное платье. Макияж под стать — свекольные щеки, малиновые пельмени вместо губ. Представляю, как она ходит по моему дому, и мне становится дико неуютно. Хочется выгнать ее взашей, но она принесла с собой термос с кофе и вкусно пахнущие пирожки. Решаю игнорировать ее вид, хотя это дается мне с трудом.

— Присаживайтесь, покушайте! — начинает квохтать она надо мной. — Я сейчас вам сама со всем помогу, а потом посоветую человечка на постоянную основу, хорошо?

Я киваю. Беру ноутбук, баррикадируюсь в кабинете, благо заняться есть чем на ближайший год. Я безбожно запустил работу. Этак я скоро не только Али, но и птицефабрики своей лишусь."

"Прочно увязаю в проверке почты. За прошлую неделю без малого тысяча писем. Пока разгребаю этот завал, краем уха слышу в коридоре речь двух людей.