Десантник на престоле

— Мистер Бэйн сейчас у нас работает над совершенствованием своей конструкции электрических часов. Если его полностью переключить на работу над этим проектом, то… — Якоби задумался. — То нам понадобиться не меньше полугода, чтобы довести до ума его аппарат. Хотя, боюсь, что может потребоваться сильно больше времени. Там невысокая скорость передачи и с этим нужно что-то делать.

— Хорошо, пускай переключается на этот факсимильный аппарат.

— На что? — Удивился Якоби.

— Описанный вами способ передачи информации, называется факсимильная связь, от латинского «fac simile», что значит «делать одинаково». — В кабинете повисла тишина и удивление, которые, впрочем, довольно быстро оказались развеяны Императором. — И держите меня в курсе его разработки. А пока, — Александр кивнул Киселеву, — я предлагаю передать в помощь Московскому телеграфу до сотни печатных машинок, по мере их изготовления, а также машинисток для хоть какого-то ускорения того вороха работ, что стал накапливаться.

— Машинисток? — Удивился Милютин.

— Да, наберите женщин с хорошей внимательностью и усидчивостью. Рабочий день сделайте небольшим, так как работа напряженная.

— Но ведь…"

"— Это неизбежно. — Подвел черту Александр. — К тому же, внимательность и усидчивость у женщин выше, чем у мужчин. Мы должны выбрать социально активных женщин из различных сословий, вовлекая их в полезную деятельность. А то, не дай Бог, еще с какими революционерами путаться начнут. Человек, сидящий дома без дела, есть крайне опасная личность для общества. Любой человек, даже женщина. Тем более, что по Москве довольно много девушек из состоятельных семей, которым домашними трудами убивать свою скуку не получиться.

— Хорошо, — кивнул Киселев, делая пометки в своем блокноте.

— Как быстро вы сможете выделить помещение и развернуть центр?

— Месяца три. Потребуется время для обучения девушек и, — он взглянул на Баршмана, — поставки печатных машинок.

— Сотню машинок со склада Имперской администрации я смогу выдать хоть завтра, — прервал назревавшую драму Александр, памятуя о том, что у Киселева с Баршманов очень тяжело идут взаимоотношения. — Так что дерзайте. А вы, Борис Семенович, приходить ко мне с Александром Бэйном через неделю со своими соображениями по поводу предложенного вами аппарата.

— Ваше Императорское Величество, — взял слово Милютин, — а зачем нам нагружать телеграф, если можно нагрузку более равномерно распределить?

— В смысле?

— Так ведь можно намного проще поступить. Все поступающие телеграммы прямо лентами паковать в конверты или коробки, если они достаточно большие, и передавать в конкретные ведомства. Пускай на местах разбираются.