Десантник на престоле

Этот шаг герцога привел к большому торгу за влияние в регионе. Который собственно и затянул конгресс. Франция стремилась компенсировать серьезное усиление Пруссии. После долгих споров решили пойти по тому пути, который уже помог сгладить противоречия во время Венского конгресса, упразднившего большое количество малых независимых государств на просторах бывшей Священной Римской Империи.

— А разве эти все герцоги и графы дали свое согласие?

— А разве их кто-то спрашивал? — Улыбнулся Александр. — Уж поверьте — их голос нужен только для того, чтобы шум в Ландтаге создавать. Никакой реальной силы они не представляют, поэтому оказались вынуждены смириться с тем, что постановил конгресс. Вы видели новые карты?

— Нет, знаю только что к России отошел Пользен, Галиция, Буковина, Закарпатская Русь, Борнхольм и все колонии Дании, исключая Фарерские острова и Исландию с Гренландией. По остальным странам я слышал слишком противоречивые мнения.

— Королевство Алемания помимо Баварии включило в себя Вюртемберг, Баден, Пфальц, Дармштадт и некоторую мелочевку. Правящая династия представлена Виттельсбахами, а точнее Людвигом II, ставший теперь Людвигом I. Вюртенбергский же дом в лице бывшего короля Карла I объявлен наследником.

— Как любопытно. Во главе Алемании поставили сумасшедшего романтика, который никак не решиться жениться, а ему в наследники приставили мужчину… хм… — Георгий смутился.

— Мужчину нетрадиционной ориентации, — завершил мысль собеседника Александр. — Там все не так просто. Людвиг пьет и страдает дурью по той причине, что эта… герцогиня, умудрилась на третий день после помолвки начать встречаться с одним коммерсантом. Эдгарду Ханфштенглю уже доходчиво объяснили, что если он еще хоть раз появиться в радиусе пушечного выстрела от герцогини, ему сделают ампутацию всех ненужных конечностей. Да и с самой Софией Шарлотой я разговаривал, объясняя последствия столь фривольного поведения. Прелестная особа решила не испытывать судьбу и клятвенно меня заверила, что более не будет давать волю своим чувствам.

— А как вы ее смогли убедить?

— Показал Эдгарда. Мои люди же с ним немного поиграли.

— Поиграли? — Удивился Дукмасов.

— Да. Впрочем, я не знаю, как это еще назвать. На левой руке мы ему пальцы по фалангам удаляли кусачками. А ее заставляли смотреть. Когда дошли до третьей фаланги, София Шарлота бросилась в слезах умолять меня оставить его в покое и клялась, что никогда больше не будет изменять Людвигу.

— А она не жаловалась?

— Кому? Мы ведь и Людвигу внушения сделали. Вы, Георгий будете удивлены тем методам кулуарного ведения дел, что шли в Берлине. Бисмарк, Дизраэли и Наполеон III полностью меня поддержали в этой моей инициативе.