Десантник на престоле

Чем пользовались бойцы старой гвардии, потешаясь над ними.

Впрочем, такие маленькие шалости не мешали в целом довольно конструктивному и деловому настрою. Вдумчивая и спокойная индустриализация шла по плану. Ключевым двигателем всей заводской стройки выступала железная дорога, ради которой и разворачивали производства. Рельсы, шпалы, широкий ассортимент метизов, двигатели, локомотивы, паровые трактора и многое другое изготавливалось только ради того, чтобы обеспечить ее ударное строительство. В свою очередь эти заводы и мастерские тянули за собой другие, обеспечивающие уже их и так далее. Иными словами, Александр решил использовать классическую американскую схему индустриализации, в которой причиной мощного промышленного рывка во второй половине XIX века стал именно железнодорожный бум. По расчетам, в 1868 году можно было построить только пятьсот километров полноценных железных дорог, но Саша был убежден — это только начало. Масштабная модернизация промышленности, начатая им со своих предприятий, потихоньку начинала отражаться сильным резонансом в обществе, и потянет за собой многих других. Так что ему оставалось только следить за тем, чтобы экономика не перегрелась. Кризисы Императору были совершенно не нужны.

Одним из главных рычагов противодействия перегреву стал циркуляр, написанный министру финансов, которому вменялось контролировать с особым радением коммерческие банки. Между строк же совершенно ясно читался запрет на массовое кредитование в любых формах. Единственно возможная форма инвестирования, которая поощрялась в Российской Империи согласно этому циркуляру, выражалась в возможности приобретения привилегированных акций. Тем же циркуляром, требовалось нормативно закрепить единственно возможный юридический статус вышеупомянутых акций и правила их использования. В частности, номинальная стоимость этих ценных бумаг не должна была превышать 49,9 % от уставного капитала акционерного общества.

У подобного циркуляра получался довольно любопытный фактор последствий. Во-первых, резко изменился характер инвестиционных операций, который вкупе с негласным запретом на кредиты должен был довольно быстро изменить весь финансовый рынок Российской империи. Никто официально не отказывался от института кредитования, просто в том случае если предприятие или банк выдумывали «дурить» их начинали очень тщательно проверять. И проверяли до тех пор, пока либо эти кадры не принимали решение взяться за ум, либо не разорялись. Некрасиво, но иного способа заблокировать без «шума и пыли» негативные последствия интервенции иностранных капиталов в отечественную экономику было невозможно. Да и с перегревом рынка получалось бороться весьма успешно.