Десантник на престоле

Этот эффект усиливался формой русских солдат и травой на поле, которая в некоторых местах достигала пояса. Само собой, никаких криков и прочего шума не создавалось — стрелковые части двигались, сохраняя молчание и стараясь не привлекать к себе никакого внимания. Одновременно с началом движения артиллеристы перенесли огонь на переднюю линию траншей.

В одиннадцать минут седьмого с востока пробился первый луч солнца, и батареи замолчали. Пехота уже смогла подойти к позициям датчан примерно на семьдесят шагов и только и ждала, что сигнала к атаке. Поэтому гнетущая тишина, которая образовалась после прекращения артиллерийского обстрела, длилась недолго. Уже секунд через тридцать до наблюдательного пункта донеслись отзвуки громоподобного «Ура!» — это русские части побежали в атаку, стремясь максимально быстро сократить дистанцию до траншей датчан. Все сто сорок четыре стрелковых взвода корпуса приняли участие в этой атаке — все девять с половиной тысяч человек. С позиций противника практически не наблюдались выстрелы, так как люди еще не пришли в себя после нескольких часов плотного артиллерийского обстрела. Они вообще не понимали, что происходит. Поэтому спустя каких-то двадцатьтридцать секунд русские пехотные части ворвались на позиции датчан…

Александр демонстративно захлопнул крышку часов и притопнул каблуком, привлекая к себе внимание:

— Однако рассвет, господа. Через два часа я, дорогой Хельмут, хотел бы увидеть, как Прусский корпус пересекает датские позиции по направлению к Тиглеву. Нет! Русские позиции! — Он вызывающе посмотрел на Хельмута фон Мольтке. — Я сделал свою работу, извольте не подвести. В предстоящем деле вера в меня вам будет не нужна. — После чего вежливо улыбнулся, кивнул Роону и Бисмарку и вышел с наблюдательного пункта. Датские позиции были взяты. Нужно было незамедлительно совершать «ход конем», чтобы запутать наблюдателей и выступить на Санкт-Петербург.

Глава 72

Спустя месяц. Варшава

В шесть утра с западного направления на железнодорожный вокзал вошел странный состав. Локомотив не только тащил за собой вагоны, но и толкал их впереди. Что было чудно и необычно. Впрочем, странности на этом не заканчивались. Вместо обычных сараюшек на колесах перед наблюдателями имели место быть просто открытые платформы, обложенные по периметру мешками с песком, поверх которых стояли многочисленные механические пулеметы. Вид у состава был устрашающий, впрочем, красно-белое знамя и патриотические надписи на польском языке вызывали у ополченцев, заполнивших собой вокзал, довольно радостные эмоции. Они начали приветственно махать руками и выкрикивать что-то задорное и веселое. Все приняли этот поезд за очередной подарок англичан. И очень зря.