Десантник на престоле

К слову сказать, эта схема инъекций полезной информации стала основной у великого князя. Посудите сами. Говорить, откуда сведения, не нужно. Говорить о том, что информация достоверна, не нужно. Проверить даже саму возможность проведения секретной разведывательной операции реципиенты были не в состоянии. Мало того, в случае утечки или разглашения, этот метод создает у потенциального противника иллюзию реальности, а не объективное понимание ситуации. То есть, сам Александр, с формальной точки зрения выступал как посредник, который своим дилетантским языком рассказывал интересные вещи непосредственным разработчикам. Удобно, просто, надежно. Но, в качестве прикрытия, подобная схема действительно требовала наличия эффективной разведывательной службы. Впрочем, ее и так нужно было создавать.

Все оставшиеся дни сентября Александр так и провел в училище — скрупулезно осматривая то, как идут дела и ставя перед администраторами новые задания. Деятельная, решительная натура цесаревича за эти три дня смогла привести в движение всю махину огромного училища, которая стала потихоньку входить в застойное состояние и острейше нуждалась в оживлении."

"Четыре лаборатории: медицинская, химическая, гальваническая и механическая и четыре человека: Пирогов, Авдеев, Якоби и Баршман оказались в некоем подобии шока. Помимо вышеуказанных вопросов медицины, Александр ставил и другие конкретные прикладные задачи. Список их был поистине огромен: и промышленная взрывчатка на основе тротила, и периодическая система химических элементов, и оптический прицел для винтовки, и электротехнические способы получения металлического алюминия, и микрофон, и изоляционная оплетка электрического провода, и многое другое. Некоторые вещи, вроде того же аспирина, были предельно просты, так как требовали просто очистки. Но таких целей исследования оказалось немного, ибо многие задачи нуждались в большом количестве экспериментов, так как указания Александра оказались очень расплывчатыми. А часть и того больше — комплексной, взаимосвязанной работы нескольких лабораторий. Например, получение электровакуумных диодов для электротехники, нуждалось в разработке вакуумного насоса в вотчине Николая Дмитриевича Баршмана — механической лаборатории. Впрочем, объем работ был задан не на год и не на два.

Вечером 30 сентября 1863 года, чтобы обобщить итог разрозненных переговоров трех последних дней, Александр собрал ученых вместе на небольшое итоговое совещание.

— Николай Дмитриевич, вы опаздываете, — обратился Александр к Баршману, немного смущенно постучавшему в дверь. — Проходите, садитесь.

— Прошу простить меня Ваше императорское высочество. Старость — не радость, запамятовал.