Дерзость на шпильках

Покрутила головой, но мягче не стало, решила, что  надо ее определённо сменить, хотя спать было приятно, запах от неё такой до боли знакомый, волнующий. Уткнувшись носом, вдохнула глубже, чувствуя, как по нервам пробегает знакомое искрящее возбуждение, что даже краешки ушей стало покалывать. Котяра снова залез на меня, пощекотал лапкой шею, ушко, потом лениво в волосах покопался и снова устроился на талии, ещё сильнее прижимая к подушке. Мне так сладко спалось, что шевелиться уже не хотелось, тем более устраивать разборку с любвеобильным комком шерсти. Решила, что утром проведу воспитательные беседы.

Проснулась от потрясающего запаха кофе и блинчиков. Я обожаю блинчики, а если ещё со сметаной и сгущенкой,  ещё и клубничку туда. Ммм… мамулька снова решила порадовать свою доченьку!

Стопе!!!! Я же у себя в квартире, в городе! Резко открываю глаза, одновременно садясь на постели. Постель не моя, спальня и квартира тоже, как я догадываюсь, не мои. Ну, фига себе, кумушка, ты спать в гостях, как Белоснежка в хрустальном гробу, а вокруг семь гномиков.

Надо отметить, один вполне реальный гномище отсутствовал. Потерев ладонью глаза, пытаясь окончательно сбросить сонливость, пригладила хаос на голове, но без результата. Решила, что надо идти на поиски хозяина квартиры, так как другого выхода из квартиры, кроме балкона, не было.

Память услужливо подкинула воспоминания сна про Боника, что я снова прикрыла глаза рукой и тихо простонала. Вот же черт! Этот вредный мужчина теперь решит, что я к нему приставала,  выставит себя несчастной жертвой моего морального изнасилования. Хотя у самого рыльце в пуху! Мысль о балконе стала вполне осязаемой, но двенадцатый этаж меня крайне смущал.

Зайдя в ванну, пришла в ужас от отражения в зеркале: вместо локонов – воронье  гнездо, на щеке отпечаток подушки, глаза припухшие, одно хорошо, что вчера в гости к начальству пришлепала без макияжа. Сделав все туалетные делишки, пригладила влажными пальцами волосы и смело шагнула в коридор в направлении запахов.

Зашла тихо и присела за барную стойку. Насчёт клубнички к блинчикам я не ошиблась, если за ягодку посчитать потрясающее мужское тело в одних потрепанных джинсах, которое разливало кофе по чашкам. Блинчики с пиалкой сметаны стояли на столе, подозрительная идиллия!

Со спины он смотрелся так же превосходно, как и спереди: рельефы мышц, гладкая кожа с участками шрамов от ран, татуировка вдоль позвоночника: «Никогда, ни с кем, навсегда». Набор слов заставлял задуматься. Да всем бы так после лихорадки выглядеть: свежо, бодро!

- Налюбовались, Анна Олеговна!? -  хрипло и недовольно.

Тихо вздохнув, сморщила нос. Пора всё-таки привыкнуть к его манере общения, иначе быть вечной войне.