Его дерзкий трофей

Просто лежу, обмякшая, и смотрю на то, как падает со стола тарелка, а за ней вторая.

Егор замирает, до боли сжимаю моё бедро, и сквозь шумное дыхание рычит:

— Бл********…

Хам…

Через секунду он отстраняется, выходя из меня.

Слышу, как он выдвинул мусорное ведро.

Мои ноги ватные. Руки тоже. Я лежу на столе с голой задницей и только одним словом могу описать своё состояние — меня только что оттра*…то есть…меня только что хорошенько отымели…на столе…

Я не смогла бы пережить такое ни с кем другим…только с ним…с кем-то другим я бы испугалась…

— Ну, и чё ты тут наготовила?.. — как ни в чём не бывало, интересуется этот гад за моей спиной, гремя посудой.

По моей щеке стекает слеза.

Я всё ещё не могу пошевелиться…

Я потная и красная…

Я всё ещё не получила ответ на свой вопрос…

Я всё ещё переживаю из-за мамы…

И ещё, он кончил в меня вчера!

Моя жизнь как бабочка в урагане…ну или типа того…

А ему всё шуточки…

Беру и начинаю громко плакать. Горючими слезами.

Как тебе такой ответ?!



Глава 28. Диана

Я не знаю, откуда берутся эти рыдания…

Я раньше вообще не плакала…может в пелёнках?

Я не знаю, но мама говорила, что я была очень тихой девочкой…

Всю жизнь…

До того момента, пока он голый не впёрся в мою постель!

— Диана!.. — слышу за спиной и вздрагиваю, когда мои плечи сжимают стальные ладони, предварительно одёрнув толстовку и прикрыв меня. — Чё ты творишь?!

Я сотрясаюсь, надрывно втягивая воздух, пока эти руки отлепляют меня от стола и прижимают к горячему каменному телу.

Нет ничего мучительнее и слаще, чем влюбиться без памяти…

Как я люблю его…

Люблю его руки…его силу…его тело…его голос…

Из меня выходят такие чудовищные звуки.

Это я так разогреваюсь!

Я ещё даже не начинала!

Может, я всю жизнь готовилась…

Мои чувства, как оголённые провода…выставленные на всеобщее обозрение! А если пальцем ткнуть…получайте!

Но внутри я вся таю, чувствуя за спиной твёрдую широкую грудь и длинные ноги защитника московских армейцев…голубоглазого блондина размером с гору…

Мой мужчина…

Кладу свои руки поверх его, громко втягивая в себя воздух.

— Ты…ты?.. — выбулькиваю, потому что в мою поясницу вжимается крышесносная выпуклость!

О, мамочки…

Я реагирую мгновенно. Мои соски твердеют, поясница прогибается. Это какое-то безумие. Если меня лишат моего мужчины, я просто иссохнусь от сексуальной неудовлетворённости. Он нужен мне каждый-каждый день!

— Да пи*ц какой-то! — рычит Егор, прижимаясь носом к моему виску, а потом молча и упрямо сопит, пока я скулю в его хватке.

— Я…нне ппротив! — выкрикиваю отчаянно, поворачивая к нему голову и прижимаясь губами к его скуле. — Мнне…ппонравилось…

— Я знаю, что тебе понравилось! — снова рычит он, водя лицом по моим волосам.