Дерзкий

Был свободным парнем, веселым Шатром, любителем девчонок, спорта и всего кайфового, что может дать мой возраст и мое положение.

А стал каким-то придурком неуравновешенным, зацикленным на ней одной. Моей безумной анимешной Машке.

Тогда, после нашего первого раза, такого невозможного, такого сладкого, она меня жестко на землю опустила.

И, самое главное, уверенно так, актриса чертова. Я даже повелся в первые пару минут.

Правда, потом, пока вез ее домой, уже в себя пришел.

Папа Даня всегда говорил, что надо голову включать в первую очередь. А не эмоции. Эмоции — это для женщин.

А мозги — для мужчин.

Женщина может позволить себе расстраиваться, плакать, истерить, переживать, говорить глупости, неприятные вещи, иногда и вообще гадости. Ее надо выслушать и в первую очередь понять причину.

Если причина найдена, тогда действовать. По ситуации.

Здесь причина была очевидна и угадалась сразу же, практически.

Моя Маша просто боится. За меня боится, за себя, за своего амбала-охранника. Не хочет меня втягивать, вот и несет бред. Причем, очень уверенно, коза такая! Кто другой, у кого нет такого, как у меня, папы Дани, может, и повелся бы.

Но мне свезло."

"Естественно, я не стал пороть горячку и лезть в душу девчонке, желающей гордо принести себя в жертву во имя безопасности других. Пусть думает, что у нее все получилось.

Должны же нормальные мужики потакать маленьким женским слабостям?

Я, в принципе, рассчитывал на недельный перерыв. Ну так… Чтоб и она помариновалась немного, подумала, успокоилась.

И, самое главное, чтоб меня не вело при виде нее с дикой силой.

Раньше-то непросто было, а уж сейчас, когда попробовал ее, когда понял, как это может быть в реале, с такой девчонкой, от которой башню рвет напрочь, вообще сложно удержаться стало.

Но я считал себя крепким парнем. Способным унять внутренних демонов.

Ага.

Нихера!

Стоило с утра увидеть мою анимешку-полурослика, судорожно пытающуюся расцепить дерущихся из-за нее (вот умора, знали бы они!) девок, как все — думать ни о чем не могу, делать ничего не могу. Смотрю на нее, нелепо одетую, нарочито пацанистую… А вижу ту шикарную нежную, тонкую девочку, которую так сладко трахал накануне, на своей любимой обзорной площадке с видом на излучину реки. Как на ее коже отражались и горели отблески вечернего солнца, как губы ее искусанные краснели, как глаза закатывались…

Не выдержал я, короче, поймал ее сразу после пар. Ну и повел себя, как дурак со спермотоксикозом.

Как не вцепился в нее прямо в коридоре на глазах у всех, как не сожрал, до сих пор не знаю.

Но нес, конечно, бред.

Ну разозлила, что поделать? Опять начала фигню говорить, ту же, что и вчера. А меня это уже не цепляло. Потому что видел все в ее глазах, что мне надо было.