Дерзкий морпех

Слава богу, у лейтенанта Крецула был замкомвзвода.

– Артемов, ко мне, – коротко приказал Сергей.

– Я, – из строя выскочил высокий стройный боец, гибкий и стремительный, как леопард.

– Строй ведешь в расположение. Там старшина, он найдет, чем вам заняться до прихода ротного. Я буду позже. Задача понятна?

– Выполняй, – бросил Крецул, направляясь в сторону медчасти. Посеченное каменной крошкой лицо было неплохим поводом дать себя осмотреть на предмет стерильной обработки.

Проводив взводного тоскливым взглядом, Артемов глубоко вздохнул и произнес:

– В расположение не в ногу – марш.

Обвешанные пулеметными и гранатометными лентами, нагруженные треногами станков и тяжелым вооружением, при каждом шаге бойцы звенели и дребезжали, как средневековое воинство. Когда до казармы оставалось каких-то полсотни метров, до морпехов донесся грозный рык:

– Это что еще за банда атамана Зеленого? – Навстречу из тени курилки вышел прапорщик Латышев. Ротный старшина как всегда был в идеально чистом камуфляже, в начищенных едва не до зеркального блеска ботинках, по-пижонски отсвечивал белизной свежий подворотничок, тщательно выбритое лицо. Несмотря на щегольской вид, никто из бойцов не смог бы назвать Алексея Алексеевича Латышева тыловой крысой. За прошедший год, что они находились на войне, старшина неоднократно ходил с бойцами на боевые и даже участвовал в тех операциях, куда срочников вообще не брали. И тем не менее в расположении бригады он всегда был образцом безупречного внешнего вида военнослужащего.

– И чего это вы гремите на всю базу, как бронепоезд на запасном пути? Разведчик тем и отличается от остальных войск, что его не видно и не слышно, – прапорщик с сожалением махнул рукой, дескать, учишь вас, учишь, а толку никакого. Спохватившись, спросил: – А где все начальство?

– Ротного вызвали к командиру бригады, лейтенант Крецул в санчасти, – доложил «замок» Артемов.

– Ясно. Значит, голуби мои сизокрылые, с этой минуты вы в моем распоряжении. На обед не успели, а до ужина еще далеко. Поэтому начнем с учета неиспользованных боеприпасов и чистки оружия. Ну а потом все будет по регламенту.

Никто не роптал и тем более не пытался спорить со старшиной. Каждый из разведчиков знал на собственном опыте – себе дороже.

После того как не использованные в бою боеприпасы и тяжелое вооружение были сданы Латышеву, морские пехотинцы разместились за казармой, где был расстелен большой кусок брезента, и занялись чисткой оружия.

Привычными движениями разобрав свой автомат, младший сержант Виктор Никифоров разложил в ряд детали к нему, приготовил кусок ветоши и масленку. Со стороны это напоминало священнодействие, но на самом деле недоучившийся инженер-механик просто не умел по-другому.