Дерзкие игры судьбы

 — Оно до сих пор не слышит, но лекарь дал бальзам, скоро буду здорова.

— Это не поможет. Запретная магия ему неподвластна, твоя рука исцелилась, но барабанная перепонка не восстановилась. Собирайся, я отвезу тебя к знахарке.

Упрашивать долго не пришлось. Схватив накидку и шляпку, раненая спасительница принцев отправилась вслед за Лукасом на конюшню.

— Может, поедем в экипаже? — робко спросила я, увидев двух оседланных лошадей. Конь Лукаса был черный, как душа грешника, и невероятно красивый. Увидев хозяина, он радостно заржал и встряхнул блестящей гривой.

— Там, куда мы отправляемся, карета не проедет.

Для меня была приготовлена среднего роста белая лошадка со смешной, подстриженной как у пони челкой. Она что-то увлеченно жевала и не обращала на меня никакого внимания.

— Лиандра, не бойся, эта самая спокойная лошадь во всем королевстве, поверь мне. Зовут Морковкой в честь ее любимого лакомства.

Лукас сунул мне в руку пучок моркови, и я боязливо протянула овощи животному. Лошадка благодарно взглянула на меня и моментально умяла угощение.

— Хорошая девочка. — Я провела рукой по ее гладкой спине. Морковка не возражала. — Хочу подружиться с тобой.

— Ты станешь ее лучшим другом, если не будешь забывать захватить угощение, — усмехнулся принц и помог мне сесть в седло.

— Мы никому не сказали, куда отправляемся, — запоздало забеспокоилась я.

— Ничего, постараемся не задерживаться допоздна. Не успеют хватиться, — заверил Лукас и, пришпорив коня, поскакал прочь с аллеи.

Я еле успевала за ним.

Ехали мы около часа. Миновав деревню, оказались у сосновой рощи.

— Дом тетушки Тилли находится на окраине, ее тут не любят. Знаешь, крестьяне склонны обвинять во всех проблемах знахарок. Скотина полегла, урожая мало собрали — во всем виновата она. Даже хотели прогнать, но спасло мое заступничество. Никто не решается пойти против королевской воли.

Я легко спрыгнула с Морковки и с наслаждением прошлась по земле. Тело болело от быстрой езды, а ноги затекли.

Лукас подошел к грубо сколоченной деревянной двери и постучал. Через несколько мгновений засов со скрипом отворился и на пороге появилась немолодая худощавая женщина. Одета она была просто, по-деревенски, в холщовое серое платье, подпоясанное передником. Обычная сельская женщина, ничего не выдавало в ней ведьму.

— Проходите, — коротко бросила женщина и посторонилась, пропуская нас внутрь.

Я вошла в темную комнатку и скромно встала в сторонке, с интересом оглядывая помещение. Обычное жилье эктерских крестьян, ничего экстраординарного. Летучие мыши не летали, в котелке, висящем над очагом, не бурлило зелье. И даже ни одна черная кошка с горящими зелеными глазами не спрыгнула на пол.

— Приветствую вас, ваше высочество, давненько ко мне не заглядывали.