Дерзкие игры судьбы

Смею надеяться, что спасительница подарит мне вальс. Хочется, чтобы вы еще стояли на ногах, когда начнутся танцы.

— Благодарю за подарок и с удовольствием стану вашей партнершей. К тому же я еще задолжала вам сорочку, которую, разумеется, верну, — хихикнула я, глядя, как пенсне Флавии съезжает на лоб. Зачем я вообще это ляпнула? Все же не следовало мне пить.

Внезапно все разговоры стихли, зазвучала торжественная музыка, парадные двери распахнулись и вошел король. Стефан очень хорошо выглядел для своих пятидесяти лет. Высокий, стройный, с густыми каштановыми волосами. Ясный взор на красивом лице, едва тронутом морщинами. Его величество явно тщательно ухаживал за собой с помощью магических эликсиров.

Музыканты заиграли другую мелодию, более спокойную и нежную. Несколько девушек, в том числе моя сестра, взялись за руки и стали кружиться по залу в хороводе.

— Древняя традиция, — пояснил Лукас шепотом. Я ощутила его горячее дыхание на своем ухе, и мурашки побежали по шее. — Со времен первого короля нашей династии, когда Эдгард Завоеватель выбрал себе невесту, надев ей на голову венок из магнолий.

Я завороженно смотрела, как Стефан берет с подноса хрупкое украшение из цветов и, подходя к девушкам, опускает его на голову Дивее.

— Вам это не грозит. — Все очарование нарушила леди Роган, я даже не заметила, как она подкралась к нам. — Эта церемония проводится только при помолвке наследника престола, вы отделаетесь лишь торжественным ужином.

— Что ты имеешь в виду? — недоуменно спросил Лукас.

— Как, ты разве не знаешь? — с удовольствием прошипела Атенаис. — Сестрица твоей будущей мачехи тоже вскоре станет членом семьи. Она выходит замуж за принца Тобиаса.

Лукас сузил глаза и пристально взглянул в мою сторону.

— Миледи… Да, верно говорят, что первое впечатление бывает обманчивым. Вот уж не ожидал, что вы окажетесь расчетливой пираньей, готовой даже сочетаться браком с моим больным дядей, чтобы получить деньги и положение в обществе.

В свои покои я возвращалась в скверном расположении духа. Горничной не оказалось, пришлось самой снимать платье и расшнуровывать корсет. Со злостью я вырывала шпильки из прически и швыряла их на туалетный столик. Демон бы побрал их высочеств и величеств, всех вместе взятых. Если бы мой взгляд мог испепелять, от принца осталась бы одна горстка праха там, внизу, и корона сверху. Вот так, не разобравшись, решил обвинить меня во всех смертных грехах. А сам, между прочим, шашни водит с замужней леди. Вспомнилось, как гаденько ухмылялась Атенаис, видя, какое впечатление произвели ее слова. Мне тогда захотелось опрокинуть на ее рыжую голову чашу с пуншем, но я, как всегда, сдержалась.

Миа так и не появилась, и я улеглась спать со смутной тревогой в душе. Утром голова гудела.