Дерзкая овечка, или Как охмурить своего босса

Стремясь уйти от них, я шарахнулась в сторону и тут же, со свойственным только мне везением, угодила волосами в клейкую ленту от мух, оказавшись, к слову, единственной жертвой этой ловушки: крылатые насекомые не желали увязать лапками в клее, предпочитая ползать по расставленным возле прилавка продуктам, которые никто и не думал укрывать.

Бр-р-р, хоть я и умираю с голоду (из-за побега пришлось пропустить положенный обед), ни за что здесь ничего не куплю. Ну, разве что шоколадку в обертке. Да и то подумаю – не удивлюсь, если она тут подвергалась неоднократной заморозке и разморозке.

– Ой, давайте я вам помогу, – всплеснула руками работник торговли, которая до того несколько минут наблюдала за моими тщетными попытками выпутаться из липкого плена.

Безуспешно поколдовав с моими волосами (я во время манипуляций старалась не дышать), девушка решительно взялась за огромный тесак, лежавший на прилавке и предназначенный не иначе как для забоя крупного рогатого скота.

– Что вы собираетесь делать? – испуганно взвизгнула я."

"– Не бойтесь, просто липучку отрежу, так будет проще потом снимать ее с волос. – Девица решительно махнула лезвием, и я почувствовала долгожданную свободу. Правда, кусок безобразного вида липкой ленты все еще болтался на моих волосах, но и это уже вполне можно назвать победой.

Попытавшись отделить бумагу от белокурых локонов, которые с такой тщательностью недавно вытянула парикмахерскими утюгами мастер Катя, и поняв, что эта задача имеет только одно решение, я бросила полный тоски взгляд на вернувшийся на место тесак. Портить произведение искусства отчаянно не хотелось, но еще меньше меня прельщала перспектива ходить по улице с противным куском бумаги в прическе. Остается только отрезать прядь волос и оставить ее продавщице на память о том, что их сельпо посещала когда-то сама Настя Полонская.

Проследив мой взгляд и проявив чудеса догадливости, работница торговли всплеснула руками и произнесла с жаром:

– Что вы? Как можно? Такая чудесная стрижка ведь у вас. Мы с девчонками налюбоваться не можем, все хотим себе такое сделать, но не получается. У Светки и Таньки волосы слишком коротки, вот отращивают теперь. У меня вроде длина подходящая, дык все равно не знаю, как стричь-то. У нас тут Олеська Миранина решилась-таки и сделала, ага. Дык такой страх божий, мама не горюй. А все потому, что Верка, это парикмахерша наша, значит, не умеет делать такие прически-то. Оно и понятно: коли руки из жо… – поймав мой взгляд, девушка осеклась, – из одного места, короче, растут, так и браться не надо. А вы где стриглись? – Слова сыпались из девицы, словно горох из порванного мешка. – Хотя чего я спрашиваю, понятно же, что в модном московском салоне.