Дерзкая попаданка для императора (СИ)

Гио улыбается своей самой обаятельной улыбкой, и паренёк немного успокаивается. Он трепет его по вихрастой голове и просит бумагу и чернила.

Быстро пишет записку, складывает её несколько раз. Просит свечу. Санна достаёт из шкафа красную восковую свечу и зажигает её.

— Отнесёшь эту записку начальнику стражи во дворце, — даёт он наставления мальчику, а сам капнув немного воска на бумагу, запечатывает её своим перстнем с гравировкой. — Если не послушают тебя, покажи мою печать и скажи, что император лично спустит шкуру с любого, кто не проведёт тебя к начальнику стражи. Скажи, что должен вернуться с ответом через час.

Мальчишка, преисполненный важности от миссии, которую возложил на него император, сорвался с места, и только пятки его засверкали.

— Надо было мне идти, — говорит Санна, а по внешнему виду понятно, что она с радостью осталась. Гио отрицательно качает головой:

— Ты нужна здесь, — тоном, не терпящим возражений, говорит император, а Санна облегчённо переводит дух.

— Я полагаю, Манана, что переезд займёт некоторое время. Вы можете пока собирать вещи. Санна вам поможет, а мы с Лилей посидим в саду, — предложил Гио, заметив нетерпеливость семейства Гевис.

Мы расположились в тени деревьев. Манана принесла нам лимонад и пирожные. Могу поставить свой дар против медяка, что дядюшка раскошелился. Вину замазывает, паршивец!

Смотрю на Гио и вспоминаю, как он меня целовал и краснею от воспоминаний. Он не сводит с меня взгляда, видимо, прикидывая, с какого бока ко мне можно подступить, учитывая, что свидетелей полон двор.

— Гио, — как-то сипло говорю я. От нервотрёпки сел голос. — ты зачем пришёл?

— На тебя посмотреть, да себя показать, — ухмыляется он. — Кошку твою принёс и спас тебя от рабства. Герою полагается поцелуй.

Он цепляет мой взгляд и уже не отпускает. Я же, как загипнотизированная смотрю в его голубые глаза и тону в них, как в омуте.

Моё сердце бьётся быстрее, во рту пересохло и я непроизвольно провожу языком по губам. Взгляд Гио становится жадным. Я понимаю, куда приведёт этот всего лишь обмен взглядами.

Руки Гио обвились вокруг меня, уверенно и крепко, как тогда в моей комнате во дворце. На меня нахлынула беспомощность, я чувствую, что сдаюсь на его милость. Милость победителя. И так мне становится сладко от своего поражения, ведь иногда для того, чтобы выиграть нужно просто сдаться.

Почва уходит у меня из-под ног, объятия Гио лишают воли. Он запрокинул мне голову и, прижав к своему плечу, поцеловал — сначала нежно, потом со стремительно нарастающей страстью, заставившей меня прижаться к нему, как к своему единственному спасению.