Дерзишь, темненькая моя?! (СИ)

Эта его новая любовь умудрилась за короткий срок окончательно нас разорить. Карал постоянно брал займы на ее наряды, на роскошную жизнь. При этом все мои просьбы вразумить сына и заставить его взяться за семейный бизнес она игнорировала. Когда деньги кончились, исчезла и эта особа. Карал запил. Да так сильно, что рассудок помутился, — женщину слегка трясло, она пыталась скрыть эмоции, но видимо они были настолько сильны, что контролировать их было уже не возможно. — Он повесился в пьяном угаре.

Вздохнув, хозяйка дома нервно сжала подлокотник кресла.

— Отец был пьяницей? — уточнила Амелия.

— Да, внучка, он дни напролет не вылезал из борделей и таверн. Такие мужчины как он никогда не станут хорошими семьянинами. Это моя вина, я с детства втолковывала ему, что он ведун, особенный, одаренный. Не заметила, как он вырос самовлюбленным тунеядцем. Упустила.

— Почему погибла мама? — Амелия, не обращая ни на кого внимания, взяла мужа за руку и присела ему на колени.

— Это был несчастный случай.

— Подробнее, госпожа соф Туэр, — потребовал некромант.

— Они приехали на похороны Карала, в этот же день я получила письмо о том, что моя дочь и ее супруг погибли во время крушения дилижанса. Я была не в себе. Не знаю, как я пережила тот день. А тут еще Наяра. Я просила ее оставить Амелию пока у меня, но она заявила, что провела ритуал и теперь моя внучка невеста сына ее супруга. Твоя невеста Рэиф. Это окончательно меня добило.

— Вы подстроили крушение? — прямо спросил Рэиф.

— Нет, — женщина покачала головой.

И в этот момент я, наконец, поняла, что меня так настораживало и смущало в поведении родственницы девушек

— Вы ее прокляли, их прокляли, так ведь? — вырвалось у меня, — только темная ведьма сразу же распознает себе подобную. Вы поэтому взъелись на меня, боялись, что я выдам природу вашей силы.

— Что? — Амелия с недоумением взглянула на меня, — бабушка не темная!

В ответ я лишь криво усмехнулась.

— Я их действительно прокляла, — глухо призналась женщина. — Я в один миг потеряла Карала и Сильвию, так и не подержала на руках Далилу. И вдруг их всех не стало. Я не контролировала себя. И когда я попросила лишь о том, чтобы внучка пожила немного у меня, ведь, Амелия, ты последнее, что у меня осталось, - мне грубо отказали. Я не сдержалась. Моя вина - я прокляла.

Женщина сгорбилась и,кажется, за эту минуту постарела лет на десять. Она не плакала, не пыталась выдавить из окружающих жалость, а казалась обреченной. И самое жуткое, что она смирилась с этим фактом.

— Но ты никогда не говорила, что темная, я даже не знала, — Амелия от шока хлопала глазами, — ты же растила меня и постоянно твердила, что я должна соответствовать своей ведьминской природе, а сама все эти годы прятала свою суть, зачем?

— Чтобы скрыть свой позор, девочка.