Держитесь, маги, я иду! (СИ)

– Я верно понимаю, что Доната и до войны, и во время войны за людей и троллей радела, их от магов защищала?

– Да, все так. Потому и магов победивших прокляла.

'Опять несоответствие получается: защитница людей была, а теперь своих единственных последовательниц-жриц в наркоманок превращает. Почему? Может, женщины из лаприкория уже в принципе не могут без наркоты обходиться? А меня за компанию к ним приобщить хотела, решив, что я такая же?'

– А в храмах Донатоса можно с богом пообщаться? – понадеялась на адекватность второго создателя мира Настя. Может, с ним поговорить? У него по всему миру много храмов, все его почитают, ему молятся, так почему бы Донатосу не помочь своим бывшим соратникам?

– Нет, конечно! С Богами могут общаться только их пророки, которых уже давным-давно не бывало! Последние пророки еще во время войны погибли. То, что жрицы Донаты слышат свою богиню – и то для меня новость, а что ТЫ ее услышала – и вовсе чудо великое.

– Но ты ведь веришь мне, что я действительно слышала ее голос? – заволновалась Настя.

– Конечно, верю! Ты, моя звездочка, явление уникальное, и потому почти всё в твоем случае возможно.

'Итак, с Донатосом не поговорить. Да и если бы он мог и хотел что-то сделать, давно бы уже сделал! А проблема ведь – с женским полом, то есть только мировому инь под силу ее решить. А инь у нас кто? Правильно, Доната!' – рассуждала Настя.

Тем не менее, для очистки совести, Анастасия с Северином посетили главный столичный храм Донатоса. Так как магическая охрана уже была в курсе полной нормальности леди Таис, то супруги, не особо скрываясь, пошли в храм днем после работы. Величественный собор произвел на Настю сильное впечатление: ничего подобного аскетизму храма Донаты здесь не наблюдалось. Алтарем была прозрачно-красная, переливающаяся оранжевыми и багровыми всполохами глыба сердолика, украшенная богатой вычурной золотой оправой. Статуи бога из белого мрамора высотой в два человеческих роста тоже были инкрустированы золотом, серебром и драгоценными камнями. Статуй было три, стояли они полукругом вокруг алтаря: центральная с руками, поднятыми вверх, а боковые с руками, сложенными в молитвенном жесте. Между ладоней центральной статуи полыхал яркий, слепящий огонь.

– У вас есть специальные маги при храме, которые поддерживают этот огонь? – шепотом спросила пораженная силой пламени Настя.

– Нет, – тоже шепотом ответил Северин. – Это не магический, это божественный огонь! Его не надо поддерживать, он сам горит.

– Да ладно! – громко воскликнула землянка, которую и в школе, и в институте учили свято верить в закон сохранения энергии.

Северин сурово покачал головой и приложил палец к губам, советуя говорить потише; при этом глаза его весело блестели.