Держитесь, маги, я иду! (СИ)

Нежный поцелуй мужа, влюбленный взгляд его зеленых глаз, совместная утренняя ванна – что еще девушке для счастья надо? Лично Анастасии Николаевне Таис – ничего!

Проводив мужа до его спальни – тоже одеваться, Настя спустилась по лестнице на первый этаж. Стоило ей только войти в столовую, как Орлов радостно метнулся к хозяйке. Громко тявкая, песик напоминал, что время его выгула давно миновало, пока хозяева в постели прохлаждались. Настя, смеясь его возмущению, накинула шубку и пошла с собакой в сад. Во время прогулки девушка невольно обратила внимание, как много людей встречается ей в замерзшем негостеприимном саду: вот радостно улыбается садовник, вот выскакивают на дорожку Паляна с Ильяной, взмахивают руками, тоже улыбаются и куда-то опять убегают, вот Бор с сынком мимо прошли, Марика почему-то через заднюю калитку на улицу выйти решила...

– Променяла меня на другого мужчину? Так быстро? – наигранно обижено протянул за ее спиной голос мужа, когда Настя гладила довольного щенка. – Бросила даже до завтрака?!

– Он не мужчина, – улыбнулась девушка супругу, – он – пес! И мы оба уже готовы вернуться и съесть все, что только найдем!

Проводив мужа на работу и сто раз пообещав никуда из дома не выходить и амулет связи весь день, прижимая к сердцу, при себе носить, Настя занялась уже привычными делами по хозяйству.

В утренних хлопотах по дому леди Таис постепенно начало подгонять чувство, что она забыла что-то важное и вот-вот опоздает сделать это важное. Читая отчеты арендаторов, Настя ощущала неприятное сосущее чувство в груди, которое буквально вопило ей: 'Беги скорее! Потом будет поздно!', и не давало сосредоточиться на бумагах. Размышления о том, как повезло фермерам иметь в арендодателе мага-стихийника, благодаря которому их посевам не страшны ни засухи, ни бури, прерывались поселившейся в душе неясной тревогой. Анастасия подумала, что так проявляет себя желание скорее увидеть Северина, но при мысли о муже ее не окатило привычным уже теплом и счастьем. Это насторожило девушку. Настя помнила слова Донаты о том, что она теперь не испытывает наркотической зависимости от феромонов мужа, но не быть зависимой и не испытывать чувств – это разные вещи. Задумавшись о Северине, Настя осознала, что ее любовь к нему вдруг отошла далеко-далеко на второй план, освободив место для лихорадочной настойчивой потребности куда-то бежать. Куда?! Она уже сто раз проверила список всех дел по дому, проконтролировала (многократно!) всю прислугу, доведя их до нервной икоты, позвонила мужу и выяснила, что у него все хорошо – усердно трудится во славу отечества. Дел вне дома у нее быть в принципе не может, так как в 'отцовском' поместье ее уже схоронили и не ждут, а в других местах она и не бывала, кроме ярмарки и храма Донаты.